Шрифт:
– …Что на тех снимках Жак? – перебила его журналистка.
– …Все! Интервью закончено! Нет никаких снимков, это ложь и видимо кто–то пытаeтся опорочить ее имя.
– …Это только доказывает нашу версию. Снимки существовали, не слоно догадаться, судя по вашей профессии, что было на них…
– …Идите к черту!!! Ваши догадки меня не интересуют!!! если вы продолжите писать в вашем журнале о ваших домыслах, я засужу вас. Вы меня поняли?
– …Разуметься, потому мы и спрашиваем вас…
– Я все сказал. Так что все, разговор окончен.
Далее примечание автора. « Вот так некоторые медийные личности предпочитают уходить от ответа»
Дверь кабинета открылась и вошла Рита.
– Прочла, вижу. Так что, все? Никуда не поедешь?
– Поеду. Ничего у них нет. Жак все уничтожил…
– А что если заговорит тот…
– Не заговорит, а если и да, Жак его раздавит, это все лишь голословные обвинения, доказательств нет.
– А он молодец. Смотри, как защищает тебя, отстаивает честь. Хотя с другой стороны он сам все это устроил, подверг тебя подобному унижению. Мудак гребаный…
ита смачно выругалась,и покинула кабинет.
Сев за свой стол, я подняла трубку телефона и набрала Жака. Ответа ждать пришлось долго,и когда он, наконец, взял трубку, я услышала его тяжелое дыхание. Зная его, не трудно было догадаться чем он занимался…
– Да, слушаю… - судорожно вздохнув рявкнул он в трубку.
– Жак… - я выдержала паузу, подавляя в себе чувство ревности. – Это Анна, что это за интервью?
– Анна…Черт…Я не ожидал…
– Кто он? Тот человек, что возможно погубит мою карьеру и личную жизнь.
– Никто не сможет ничего доказать. Не переживай, я все уладил. Как ты?
– Скажи мне, ты знaешь о моем перевoде?
– Да, знаю. Что мне еще сказать? Что я сожалею, что проклинаю тот день? Что каждый день живу как в аду? Анна что мне сказать?
– Перестань ждать меня. Я не вернусь Жак, не сейчас ни потом. Все кончено, оставь эти мысли о возможности быть вместе. Я выхожу замуж,и приеду с ним.
– Анна! Не делай этого, прошу. Давай встретимся, все обсудим, ты и я. Ты же понимаешь это ошибка, я же говорил тебе, все изменилось. Разве после всего я хоть раз позволил себе сделать подобное? Ты не можешь вот так все забыть, я всегда был рядом, прошу, давай поговорим…
Сглотнув ком в горле, я положила трубку. Я слышала его голос полный отчаяния и мольбы, который заставил меня вновь переживать. Все возвращалось, чувства, боль, ревность душила меня, мысли о том, что он сейчас занимается любовью с другой, сводили с ума.
– …Хорошо мы поговорим…
ГЛАВА 24
лавный офис журнала « Глория Прайс»
Переступив порог издательства, я сразу пошла в кабинет главного редактора.
Им оказался мужчина среднего возраста, с приятной внешностью.
– Ричард, – протянул он руку с очаровательной улыбкой.
– Прошу присаживайтесь.
Я с улыбкой пожала его руку; отметив про себя его хорошее владение русского языка.
– Анна, очень приятно.
Я присела на стул, положив руки на колени, плотно сжав ноги.
– Много слышал о вас. И вот вы здесь, ваш профессионализм весьма на высоком уровне. В такие юные годы пробиться на такую должность, скажу я вам, заслуживает уважения. – С восхищением произнес он.
– Ну, вы тоже еще молоды. И уже главный редактор.
– Ох! Это не моя заслуга, –отмахнулся он.-Я полная бездарность так сказать продолжаю династию своих рода. Я здесь так для контроля, а вот вы другое дело. На вас возлагаю всю ответственность, как думаете, справитесь?
– Посмотрим, время покажет…
– вы прилетели одна или с женихом?
– Пока одна, но вскоре он прилетит, как только уладит вопросы с котрактами.
– Хорошо, ну тогда милости прошу. Секретарша покажет вам кабинет, и введет в курс дела. Вечером состоится прием, ваше присутствие как вы понимаете обязательно.
Он вызвал миловидную секретаршу, которая проводила меня в мой новый роскошный кабинет.
Сев за огромный ручной работы стол, я с улыбкой провела по полировке рукой. Роскошь бросалась в глаза, не сравнить с кабинетом в Москве.
При мыслях о доме мое сердце защемило. Максим пришел в ярость, прочитав интервью Жака. После он принял решение на время остаться, что сильно расстроило меня. Перед моим отъездом он надел на мой палец кольцо, задав один единственный вопрос на который я ответила; Да.