— Так что? — Голос-предатель прозвучал сипло, я потом даже чуть закашлялась, чтобы горло прочистить.

— Пойдешь со мной на выставку?

Я растерялась: вроде и хотела это услышать, но все равно не ожидала.

— А… да. Наверное. — Я снова закашлялась, поймав на себе насмешливый взгляд. — А в качестве кого?

— Точно не как журналистка. — Он откинулся на мягкое кожаное сиденье. — Как моя девушка, разумеется.

Я молчала, пытаясь переварить все, что услышала. Как его девушка, да? То есть вот так вот без подготовки заявить всем, что мы вместе?!

— Василиса? — негромко спросил он, но в голосе уже чувствовалось нетерпение.

— Как твоя девушка? Но мы только начали… только решили…

— То есть как жилы из меня тянуть, чтобы интервью получить, так тебя ничего не смущало? Всего полчаса, потом поедем ужинать.

— Я даже маме про тебя ничего не сказала толком, — вырвалось у меня. Потому что я прекрасно понимала, что будет, если все увидят нас вместе. Там же будут десятки журналистов! Я внутренне застонала. Какая злая ирония!

Кощей тихо засмеялся.

— Василиса, все хорошо. Там будет много людей. Но, если хочешь, можешь делать вид, что меня не знаешь. Если тебе так будет спокойнее.

Я покосилась на Кощея. А он вдруг взял мою ладонь в свою и поднес к губам. А потом переплел наши пальцы и не отпускал руку. Так и ехали всю дорогу. И молчали.

Подъехать к нашему музею современного искусства оказалось не так просто — на внутреннюю территорию пропускали только по приглашениям, но, как часто это бывает, об этом мало кто знал, поэтому припарковаться прямо у самого входа хотели многие. От этого и толкучка.

— Олег Константинович! Не знаю, сколько мы здесь еще простоим. — До меня донесся расстроенный голос водителя. — Если вы опаздываете, не гарантирую, что за пять минут управимся.

Бессмертный согласно кивнул и посмотрел на меня.

— Идем!

— Да!

У входа стояли люди, похоже, и у пеших гостей были проблемы.

— Перекрыли все, сволочи! — шипела какая-то женщина, которую я случайно локтем задела. — Из-за мэра, наверное, вот и не пускают никого.

— Держись за меня, не убегай никуда, ладно? — обеспокоенно сказал Кощей, который тоже не ожидал такого беспредела на входе.

— Не собиралась совсем ни разу. Только мы вряд ли внутрь попадем.

— Попадем!

И попали ведь. Всего через пять минут. Просто Олег кому-то позвонил, и тут же рядом появился как-то предупредительный молодой человек, который вывел нас из толпы и отвел к малоприметной двери с торца здания.

— Ты в порядке? — Кощей с беспокойством оглядел меня, пока я снимала с себя пальто. — Я уже пожалел, что мы приехали. Обещаю, мы здесь ненадолго.

— Олег Константинович, очень хорошо, что вы смог… ли приехать, — Лада запнулась, увидев меня рядом с Кощеем. Но тут же на ее лице снова появилась дежурная улыбка. — Добрый вечер, Василиса. Мэр уже здесь, через десять минут должно состояться официальное открытие. Но организация тут ужасная!

— Спасибо, Лада! Мы скоро подойдем.

Пиарщица постояла с нами рядом еще пару секунд, а потом, словно вспомнив о чем-то важном, куда-то ретировалась.

— Готова? — Олег по-хозяйски положил руку на мою талию и поправил прядь моих волос. — Пойдем тогда?

— Конечно! — Я улыбнулась, хотя внутри все дрожало от волнения. А может, зря психую? Тут столько людей, не факт, что нас заметят.

— Вперед! — скомандовал Кощей и повел меня сквозь толпу празднично одетых людей к большой широкой лестнице.

Я сделала вслед за ним всего несколько шагов, как услышала за спиной удивленное:

— Ва-а-ася?

Голос Кати Ивлиевой.

— Олег Константинович! — воскликнула она, заметив за моей спиной Бессмертного. — Добрый вечер!

— Добрый вечер! — Олег обернулся на ее голос. — Лада Кулакова где-то здесь и с удовольствием ответит на ваши вопросы. Василиса, мы опаздываем.

Не знаю, что в этот момент было изображено на лице Катьки, но точно знаю: разговоров и расспросов завтра мне не избежать!

Мэр и правда уже вещал о том, какая это честь для города — показать всем желающим работы великих художников. Ему громко хлопали, он улыбался, продолжал что-то говорить. Я малодушно порадовалась тому, что сейчас не на работе и мне не нужно вслушиваться в каждое слово, записывать, думать, как писать заметку…

Мы с Олегом скромно стояли у стены и тихо переговаривались. Точнее, Бессмертный кратко рассказывал мне, кто такие примитивисты.