Зато сейчас мы здесь. Одни. На двенадцатом этаже делового центра, кстати, недалеко от работы.

— Ты совсем ничего не ешь. Не нравится?

Олег оторвался от своего телефона и наконец посмотрел на меня.

— Нравится, просто я поела, пока ты был с мэром.

— Извини, что так получилось. — Он накрыл мою ладонью своей и улыбнулся. — Мне не стоило уходить так надолго.

— Да в порядке все. Меня там никто не съел, я ни к кому с расспросами не приставала. Все тихо, мирно. Жена Мамаева даже попыталась быть милой, хотела меня со всеми познакомить.

— Жена? — Приподнял бровь Бессмертный. — Катя — не жена Андрея.

По спине пробежал неприятный холодок, а еще противно засосало под ложечкой. Не жена?

Мне повезло, что ему именно сейчас пришло какое-то сообщение и он снова отвлекся на смартфон. Вряд ли бы Бессмертному понравилось мое выражение лица и то, с какой силой я сжала вилку.

— А кто тогда?

Я очень старалась, чтобы в голосе прозвучал только вежливый интерес, а не то, что я на самом деле чувствовала.

— Кто? — Олег непонимающе посмотрел на меня. Клянусь, он не играл! Искренне не понял, что я спрашиваю про эту Мамаеву.

— Катюша, — не сдержалась я. — Мамаева.

— Она его сестра и акционер «Аркадии», — удивленно ответил Кощей. — А что?

Что?! Так бы и треснула чем-нибудь!

— Ничего. — Я пожала плечами. — Просто они совсем не похожи друг на друга.

Кощей пропустил мою реплику мимо ушей и, хмурясь, снова стал вчитываться в сообщения. А потом неожиданно поднял на меня глаза и проговорил:

— Я Катю знаю несколько лет, и никогда наши отношения не выходили за границы приятельских. И не выйдут.

Значит, не пропустил. Мимо ушей.

— Да ради бога! Я вообще не это спрашивала!

— Ага. Десерт будешь?

— Давай!

Господи! Да разве можно столько всего уместить мелким шрифтом! Хотелось всего сразу и чтобы ничего моей талии за это не было! Поэтому тирамису. Оно ведь легкое, да?

— Погоди, а ты что — ничего не будешь? — удивилась я, поняв, что официант принял заказ только у меня.

— Не люблю сладкое, — пояснил Олег. — Неправильный вечер получился сегодня. Суматошный.

— Да уж. — Врать смысла не было, особенно когда я вспомнила, с чем мне придется столкнуться завтра на работе. — Представляешь, у меня уже спрашивали, встречаемся ли мы. И кто? Такие же, как и я, журналисты.

Кощей хмыкнул. В его глазах засверкали огоньки. Ему, черт побери, было весело!

— Ты смеешься?!

— Извини. — Он виновато развел руками, но улыбка не сходила с лица. — Но это несколько комично, не находишь? Я просто вспомнил нашу первую встречу, как ты самоотверженно защищала свою профессию. А теперь, надеюсь, понимаешь меня лучше.

Отвечать не хотелось. Потому что Кощей оказался в чем-то прав. А ведь я сама с таким задором искала его невесту, а сейчас сама получаю вопросы о его мифической женитьбе. Неужели больше не о чем писать?!

— Прости. Я все сегодня делаю и говорю невпопад. — Олег устало потер переносицу. — Я не подумал, что тебя может это задеть. Когда это произошло? Когда я был с мэром?

Я молча кивнула.

— Ты что-то отвечала?

— Ничего. — Я задумчиво копалась в десерте, выводя на нем разные узоры. Не сразу поняла, что нарисовала на нем изящно перекрещенные кости.

— Правильно сделала, — одобрил Олег. — Журналисты — как наркоманы: доза информации успокоит их на короткое время, потом потребуют большего. Но, может, ты хотела бы другого?

— Я хотела поужинать с тобой. И все.

Через секунду я почувствовала, как его пальцы коснулись моей щеки.

— Я тоже, но возникли небольшие проблемы. Их надо решить.

— Если они небольшие, их можно отложить?

Кощей не ответил, но снова взял в руки телефон.

— Оказывается, Лада уже писала…

— Что?

— Все, что смогу, я сделаю, чтобы тебя меньше доставали, но мой тебе совет: не позволяй никому влезать в твою душу и управлять ею, — неожиданно серьезно сказал Кощей и отложил в сторону телефон. — Ты очень открытая, Василиса. Любопытная слишком, но доверчивая. Я не хочу, чтобы тебя обидели. Мне плевать, что пишут, но я не хочу, чтобы тебя это задевало.

— Что? Там все так ужасно? Мы же только на выставке вместе были?! — Вот теперь я уже серьезно заволновалась. Потянулась к телефону, но Кощей был быстрее.