Кира, поддерживаемая Аливеоллой, выглядела неважно — покрасневшие глаза, шерсть и волосы клочьями, несколько неприятных ожогов. В ответ на мой взгляд, вампиресса кивнула, проведя большим пальцем по горлу — мол, каюк старикашкам. Хорошо.

Взяв Слугу на руки, я поблагодарил вампирессу и ссыпал в ее мелкую узкую ладошку три «магна вампирика», полученные от О’Рейли. Кровососущая поперхнулась и посмотрела на меня глазами внезапно беременной школьницы. Настроение вновь начало налаживаться…

(спустя примерно 12 часов)

Эдвард Эйнинген, капитан «Железной Феи», мастер-артефактор и весьма сдержанный человек, пребывал в состоянии холодного бешенства. Я его полностью понимал, но так, как мое бешенство было совсем не холодным, то был занят тем, что пытался вырваться из рук крепко держащего меня «Брюса» так, чтобы не поломать саму «Фею»… или «Брюса». Получалось не очень.

— В данный момент я практически уверен, что ты, Бэ… «Брюс» — саботажник, — цедил белокурый «девочк», поджав губы, — Иначе я твое поведение характеризовать не могу. Подобного я мог бы ожидать от Аливеоллы Миранды дель Каприцциа, но та себя ведет выше всяких похвал. Срыва можно было ожидать от Светланы — нас преследует череда неудач, превращая элементарный легкий полет в какое-то экстремальное шоу. Даже Джаргак, несмотря на свое неадекватное состояние, умудрился его купировать без малейшего вреда для экипажа. Но ты…

Я зарычал и предпринял еще одну попытку вывернуться из крепкой хватки. Тщетно. С одним «защитником» я бы смог как-то совладать, но к моему лицу животом и грудью накрепко приклеилась обнявшая мою голову вампиресса, сцепившая ноги у меня на шее. Не видно было ничего. Ничего, долго они меня держать не смогут. Я его все равно убью.

— У… меня… не было… выбора! — запыхтел стражник Города Неудачников.

— Ты мог спокойно вынести этого урода за пределы Октябрьска и дать ему под зад ногой! — рявкнул Эдвард так, что даже я замер в удивлении, — Зачем ты приволок его на наш дирижабль?!

— Ему нужно было… скрыться от преследования! Его бы поймали! — выдавил «Брюс».

— А сейчас этот носатый Ювелир сидит в каюте Светланы, а наш орк рвется разорвать его на две части, — скучным голосом уточнил Эдвард и снова рявкнул, — И я его понимаю! Сколько ты удержишь орка, дурак?!

— Сколько… нужно!

От такой заявки у меня лопнуло последнее терпение и обещающе взвыв прямо в голый пупок вампирессы, я начал медленно разжимать совсем не братские объятия горе-героя. Задолбали сюрпризы, смертные, бессмертные и вообще всё. С меня хватит!

— А у вас тут весело!

— Еще как, малыш!

И наступила мертвая тишина. Ослабла хватка рук «Брюса». Обмякло тело Аливеоллы, цепляющееся за мою голову, как за спасательный круг. Разбилась чашка, выпавшая из рук капитана.

Услышать во время скандала по поводу лишнего разумного на борту маленького дирижаблика еще ДВА незнакомых голоса — это уже за гранью добра и зла.

Я медленно снял хвостом с лица несопротивляющуюся вампирессу и уставился на…

Первой была Книга. Именно с большой буквы. В воздухе, медленно помахивая выполненными из черного металла «корками» парил здоровенный фолиант, демонстрируя массу свисающих снизу неровных исписанных страниц. На обоих «корочках» красовались треугольные зубья, могущие сделать честь даже капкану на особо крупного медведя. Рядом с предметом стоял ребенок лет восьми, с восхищением вертящий головой. Увидев мое лицо, он сначала отшатнулся, но быстро качнулся вперед и затараторил:

— Круто! Система! Как в игре! А вы качаться летите? Я с вами! А задания где брать можно? Научите?

Раздался кашель и скрип зубов. Спустя несколько секунд я понял, что кашель был Эдварда, а зубы принадлежали мне. Бесс-Новичок не унимался:

— Только я пустой! Упал прямо возле города, там крестьяне облепили. Уроды вонючие! Усыновить хотели, наивные… А мы правда бессмертны?!

Не выдержав, я сделал рывок вперед, хватая пацаненка рукой. Аккуратно сжав и держа вертикально, я поднес к нему хвост с зажатой в нем вампирессой и начал отдавать команды:

— Схватить! Кусить! Пить! Пить! До дна!! До дна, я сказал!

Подбежавший сзади «Брюс» поймал от меня воспитательный удар локтем в нос и осел на палубу. Допитое Аливеоллой я выкинул за борт, опустил вампиршу на палубу и повернулся к книге:

— Теперь ты…

Книга попыталась улететь, но была слишком неповоротлива. Я поймал ее той же рукой, которой ранее держал болтливый напиток дель Каприцции и с небольшим усилием захлопнул фолиант, издавший громкий металлический лязг. Так, сейчас будет метание квадратного ядра…

— Кирн, стой! Это Бенедикт! — встревоженный голос Умного Ежа немного рассеял кровавую пленку перед глазами.

— Ты сделал из него гримуар? — удивленно спросил Эдвард.

— Ну а зачем еще мне подчинять настолько мощного немертвого? Да, гримуар. Немного своевольный, но количество знаний, которые образовались на его страницах… это нечто потрясающее! — тут же увлеченно заговорил Еж и внезапно спросил, — Только вот почему он Кирну руку не оторвал? Бене, что с тобой?

— Не знаю, — пробубнила книга в моих руках и недовольно поворочалась. Подумав несколько секунд, она призналась, — Не хочется совершенно.