Антарес же сейчас чуть не проболтался о том, что у него на меня дело. Хотя мог бы и понять, что принцесса не дура и вполне такие вещи должна нормально воспринимать. Для нее мужа тоже бы не с помойки брали, а узнавали всю подноготную о нем. То есть обижаться на то, что принцессу чуть ли не под микроскопом изучали, в том числе родословную, повадки привычки, не стала бы. Это глупо, в конце концов.

Но была проблема. Большая такая. Я не принцесса. И хрен его знает, чем Муар меня еще наделил помимо брачного тату, памяти принцессы Данаэль и ее родовой магии.

И если новый характер ее высочества можно свалить на потрясение, а заодно на то, что кляузы доносчиков не содержали правды, то простите новый уровень магии и вообще другая магия, откуда возьмется?

Вот именно, неоткуда. А должна быть первопричина и только потом следствие…

Вечно у меня все через одно место!

— Может, дело в брачной татуировке? — выдохнула я. — Я ведь решила, что такое с клятвами у вас повсеместно.

— Нет, — коротко отрезал муж и посуровел. Явно больше не желая делиться мыслями на эту тему. — Я вызвал целителя, он даст тебе снотворное. Ты должна отдохнуть.

Зашибись. То есть мы единолично приняли решение, а меня только фактом ткнули, как нашкодившего кота. Ладно, переживу, отдохнуть и правда надо.

— Только не нужно снотворное, — попросила я и зевнула, неловко прикрывшись ладонью, глаза слипались, — я и так спать хочу.

— Вижу, — ответили мне, но отходить не спешили.

Наоборот, и одеялом накрыли, и подушки поправили. И даже ладонь мою сжали.

Антарес присел на край кровати и разглядывал меня. Но сейчас это был совершенно иной взгляд. Совсем другой. Без желания или страсти, гнева или недовольства. Нет, он смотрел на меня с любопытством и каким-то ожиданием. Точнее даже описать не берусь. Не понятно, абсолютно.

— Дана, ты удивительная девушка, — вдруг произнёс сон. — Я представлял тебя иной.

Ну и чего его на откровения потянуло тогда, когда мне отчаянно спать захотелось? Я приложила все усилия, чтобы снова не раззеваться и окончательно не провалиться в царство Морфея. Да я себе все локти потом изгрызу, если усну на таком моменте!

— Неожиданные поступки, нетипичные реакции, отсутствие страха.... — Едва слышно заметил он. А я поняла, что все, борьба проиграна, победил сон. — Чем же ты меня еще удивишь?

«Чем-чем, крестиком вышивать, как Матроскин точно не стану. А вот русский характер продемонстрирую в полной мере», — пронеслась ехидная мысль перед тем, как я окончательно утухла.

[1] Синдром эмоционального выгорания (СЭВ) – патологический процесс, характеризующийся эмоциональным, психическим и физическим истощением организма, чаще возникающим в трудовой сфере, но и не исключены проблемы личностного характера. Данный патологический процесс свойственен людям, чья работа заключается в постоянном взаимодействии с другими людьми (продавцы, доктора, учителя, работники социальной сферы, менеджеры и т.д.).

 Глава 9

Глава девятая

Мне снились пухлощёкие голопопые младенцы с крылышками за спинами, которые приветливо улыбаясь грозили стрелами с острым наконечником.

Я убегала от них по облакам и кричала о том, что у меня уже есть муж, вроде как идеальный. Нового не надо, с этим бы справиться.

Меня почему-то не слушали и уверяли, что один муж — хорошо, а три еще лучше.

Подобная перспектива не впечатляла, меня передернуло, и я замешкалась на миг, получив в мягкое место штук десять стрел.

От дивных ощущений я заорала и… проснулась.

Вот же привидится! Сердце бешено стучало в груди, на лбу появилась испарина, я же пыталась привыкнуть к мраку комнаты.

Ни черта сейчас не видела, у меня перед глазами были мелкие негодники с голыми попами и стрелами. Это ведь просто кошмар и ничего не значит? Еще не хватало получить к уже имеющейся татуировке парочку новых.

Эта мысль меня напугала до того, что я резво откинула оделяло и свесила ноги с кровати. Я однозначно не готова ни к гарему, ни к претензиям от мужиков, которые вряд ли сумеют поделить одну жену на троих. Боже, что за ерунда лезет в мою голову? И черт возьми, почему так темно в спальне?

Неужели ночник сложно оставить включенным?

— Ваша милость, вы проснулись…

Сама не ожидала от себя такой прыти, но от неожиданности я подскочила и одним прыжком вернулась на кровать, еще и умудрилась к стене спиной прижаться.

— Соэль, что ж ты так подкрадываешься! — выдохнула я, сообразив, что голос принадлежит фрейлине.

Причем ее саму я так и не разглядела. Что за ерунда, я ведь не ослепла?

«Не ослепла» — мелькнула мысль, когда мне пришлось зажмуриться от появившегося света.