— Присаживайтесь же, леди Арнель и поведайте кто сотворил вам это чудесное платье! — Щебетала я, не отрывая взгляда от прекраснейшего наряда собеседницы.

Черт, я тоже хочу подобный крой и цвет подобран изумительно: не кричащий, не вульгарный, хотя настолько сексуальный, что будь я мужчиной — не сдержалась бы, отволокла Арнель в укромный уголок. Да уж, по сравнению с ней я и правда ребенком кажусь. Ну ничего, где наша не пропадала!

Тем временем я махнула фрейлинам и те наполнили наши бокалы соком. От вина я отказалась принципиально. А вот против вишнёвого сока ничего не имела. И вкусно, и полезно…

— Оставьте нас, — приказала я, словно бы опомнившись, чем заработала еще один взгляд синих глаз. Да какой взгляд! Сколько превосходства, сколько самодовольства было в нем.

— Я непременно рекомендую вам свою модистку, — царственно пообещали мне и тут же лихо сменили тему, — но давайте поговорим о важных вещах. Платья, право слово, не серьезно.

Играть дурочку становилось тяжелее. Не люблю хамского поведения и вот этого презрительного взгляда, который как букашку пришпиливает к стене. Впрочем, на работе я насмотрелась и не на таких. Собственно, ничто не ново под луной…

Вдохнула, выдохнула и вспомнила клиентку, которая на первый взгляд казалась ангелом, причем совершенно не обремененным интеллектом.

Белокурая, с очаровательными ямочками на щеках, не утыканная ботоксом, а вполне себе натюрель, с огромными на пол лица голубыми глазами и сногсшибательной фигурой. Мне казалось, что ей чуть больше восемнадцати, но один случай, в корне поменял мое мнение о ней. И чего греха таить, заставил многое пересмотреть в моей жизни.

Приходила она в компании солидных мужчин, иногда мужчины менялись. Но ее поведение неизменно было одним: она восторженно хлопала ресничками, буквально заглядывала в рот своему собеседнику, отчаянно его хвалила и рассказывала обо всем и ни о чем конкретном. Знаете, такой вот милый щебет. Иногда ей грубили, но она этого словно не замечала. А еще, что меня безмерно удивляло, учитывая, что содержанок я повидала немало, девушка никогда и ничего не выпрашивала. Однако при мне ей немало брюликов презентовали...

С персоналом девушка практически не взаимодействовала. Не хамила, не капризничала, нос не драла. Она нас просто не замечала.

По воле случая я оказалась с ней в подсобном помещении клуба. Что она там делала и как вообще туда попала — черт ее знает. Я так этого и не поняла, но ее телефонный разговор, который я не решилась прервать, меня изумил. Она обсуждала акции какой-то компании, считала проценты, раздавала указания и сетовала на то, что ее не волнует каким образом неизвестный собеседник за пятнадцать минут подготовит договор, но он должен лежать у нее на почте незамедлительно, потому что упустить такую сделку, она не имеет права.

Наверно, девушку восхитило то, что я не вытаращилась на нее, не стала смотреть с открытым ртом, а профессионально предложила проводить в зал, вскользь посокрушавшись, что гостья заблудилась по нашей вине.

Я навсегда запомнила ее слова. Прищурившись, девушка похвалила меня и сказала, что во мне есть все задатки, чтобы занять одну из вершин Олимпа.

Возможно, ей хотелось выговориться, возможно, она углядела во мне нечто родственное. Честно, не знаю, да и не задумывалась я тогда об этом. Просто слушала и наматывала на ус. Что изображать дуру — это острая необходимость в реалиях нашего мира. Что никогда и ничего не проси, сами дадут. Что дура — это не только украшение любого общества, а заодно посмешище, это идеальная маска, которая притягивает мужчин, заставляя их чувствовать себя чуть ли не богом. А еще для сильных и властных женщин, девушка, которая выглядит ангельски красиво и безобидно, но интеллекта в ее взгляде не проскальзывает, будит что-то вроде материнского инстинкта. Такую девушку возьмут под свое крылышко, и когда маска дуры слетит, эти женщины будут уверены, что только под их мудрым, чутким руководством из дурочки вышел человек.

Да, гостья прикрывалась своей безобидностью и глупостью, чтобы выяснять интересующие ее детали по бизнесу, ведь мужчины не опасаются своих «моделек», а от дуры не ждут ни предательства, ни продуманной подставы. И пусть для меня это было некрасиво, но в одном девушка была права, чтобы выжить среди гадюк и мастодонтов, хороши все средства и методы.

Правда, для постоянной игры необходим талант, которого лично у меня не было. Но за полчаса я смогу решить точно, смогу ли перетянуть любовницу на свою сторону и нужна ли она мне в союзницах или нет.

Главное помнить о правиле: на грубость отвечать милой улыбкой и уводить разговор на общую и всем знакомую тему.

А потому я на заявление Арнель не стала ни сердиться, ни выказывать недовольство. Широко улыбнулась и ресничками хлоп-хлоп. Сейчас мы ее заболтаем, а там видно будет, как действовать.

— Леди, вам ли не знать, что красивая одежда — это уже половина успеха? Как это может быть несерьезным? Вот вы, разве выйдете из комнаты в портьере?

— Н-нет…

Я буквально забросала брюнетку вопросами об одежде. О крое, способе пошива, тканях, нитках… И конечно же о благотворном влиянии правильного гардероба на настроение женщин. Любовница растерялась и отбивалась от меня односложными ответами. У нее никак не выходило перехватить нить разговора в свои руки и задать нужный ей тон. Попробуй вякнуть что-то гадливое, когда тебя со всех сторон расхваливают, даже мимоходом упоминают о сорочке, которую любезно одолжили и догадываются кто эту несчастную тканюшку одолжил. Причём с таким видом, словно эта сорочка принесла счастье в семейной жизни. А то! Мы еще и не так могём!

— Антарес нес меня на руках! — закончила свой спич и на миг зажмурилась. — Он такой…

— Антарес? Вы зовете повелителя по имени?

— Конечно же, мы же супруги. — И снова ресничками хлоп-хлоп. — А какие у нас будут детки! Матушка позаботилась о том, чтобы мы с ними не затягивали… Ох, какая красивая обережная вышивка, вы вот знали, что…

— Быть не может! — вспыхнула Арнель. — У повелителя есть невеста! И это не вы!

— Ну конечно же, — продолжаю улыбаться, а вот не пробьёшь ты мою брешь и нервничать не заставишь, — я ведь уже жена.