Я с надеждой посмотрела на Сэдрика и попыталась найти в его взгляде одобрение. Да уж, он выражал что угодно, но одобрения среди этих эмоций не было. Граф сейчас был похож на свою мать — такой же сдержанный, холодный и недовольный. Единственная разница — он не держал в руках постыдную ночную рубашку. Чтобы ее черти разодрали!

— Мы не можем стоять здесь весь день. Эта жара убивает меня, Винсент! — громко причитала Элизабет, но Винсент словно не слышал ее. — Давай ты оставишь свое ребячество, дорогой, и мы пойдем в дом, — что ж, если наши отношения с матерью Сэдрика изначально не заладились, то думаю, моя маленькая шалость ничего не изменит. Я уверенно подходила к Элизабет. Мне уже не терпелось отобрать презент Сэдрика и пустить его на благое дело. — Что ты делаешь, милочка?! — взвизгнула матушка графа, но меня было не остановить. Хех. Было немного страшно.

Я уверенно шла к огромным деревьям, склонявшим свои ветки к земле. Никогда не видела в своем мире ничего подобного. Они не были похожи ни на одно известное мне дерево — огромные, пышные, с острыми листами двух цветов — малахитового и лаймового. Так необычно и красиво. За спиной остался недоумевающий Сэдрик, причитающая Элизабет и притихший Винсент. Я чувствовала, как он поддерживает меня. Как хитро улыбается в свои усы. И ждет. Ждет, когда я докажу ему, на что способна будущая графиня Алисия. Или не докажу.

— Это слишком оптимистично даже для меня, — хмыкнул Винсент, когда я вернулась довольная, развешав дурацкую сорочку на расстоянии шестидесяти метров от всех присутствующих.

— Видите то пятнышко? — я задала Винсенту вопрос, стараясь не показывать, как переживаю. Уж очень не хотелось опозориться. Не перед Сэдриком, о нет. Перед ним я опозорила в тот момент, когда отобрала в матери единственное ненастоящее доказательство того, что я достойна уважения.

— Допустим.

— Будем считать, что это фазан, — похоже, только Винсент сейчас верил в мою вменяемость. Что касалось Элизабет, то она смотрела на меня с недоумением и порицанием. На Сэдрика я не глядела последние несколько минут. — Если я попаду в пятно… блин, в фазана, мы с вами поедем на охоту. Сегодня же! — я боялась, что Винсент не оценит подобной наглости, но он не собирался пасовать, кроме того — выдвинул мне встречное предложение. Еще более дерзкое.

— Хорошо. А если не попадешь, признаешь свое поражении, Алисия! Откажешься от охоты и от моего сына, — если быть честной, я не ожидала такого от Винсента. Выходит, я тоже особо ему не нравилась…

— Что?! Дорогой? Что ты такое говоришь? Она хорошая девочка, а у Сэдрика мало времени, — этого я тоже не ожидала. Элизабет стала на мою строну? О не-ет… Она явно беспокоилась не обо мне. — Давай мы переведем все в шутку и вернемся вместе в дом. Замечательная идея, правда? — похоже, идею напуганной Элизабет никто не считала замечательной. Разве что Сэдрик.

— Я согласна! — несмотря на то, что мои шансы были ничтожно малы, в любом случае предложение Винсента было заманчивым. Попаду — заслужу уважение и покажу Сэдрику, что я чего-то стою, нет — значит увильну от замужества, не ставя под удар Лео, Шарлотту и себя. — Позвольте подержаться за ваше ружье, будьте так добры, — после моих слов Элизабет стало плохо. То ли она переживала, что я промажу, то ли боялась, что попаду, или ее на самом деле изумила двузначность произнесенной фразы. — Ну вы поняли… За обычное ружье. Вот это, — показала пальчиком на черную прелесть.

— Я понял, — улыбнулся Винсент, — но попрошу вас, Алисия, впредь в присутствии Элис изъяснятся аккуратно, — вот оно, оказывается, что Элис еще та ревнивица. — Возьмите!

Ох, я как-то сразу не подумала, что пневматическая винтовка уступает охотничьему ружью в весе. Это ружье весило килограмма три, хм. Я брела по траве к исходной позиции, подбивая ногами подол платья, доводя Элизабет практически до истерики. Похоже, будущая матушка наконец поняла, какая жена, в случае моего выигрыша, достанется Сэдрику.

Руки подрагивали. Я каждую секунду сдувала с лица локоны, неся винтовку перед собой. Наверное, я сейчас была похожа на героиню жесткого триллера, которую обидели нехорошие люди, и теперь она идет их убивать.

Запнувшись о пень, я сделала остановку. Лучшей опоры мне здесь все равно не сыскать. Не знаю, правильно ли я делала… Возможно, мне стоило промахнуться. Жить здесь, в этом мире, но одной. Зачем все эти сложности? Но скрытый охотник в моей душе негодовал. Он просто желал сразить цель, и отношения с Сэдриком для него было — десятым делом.

— Эх! Ну хорошо, уговорил, — я пошла на поводу у своих инстинктов, не собираясь проигрывать и прятаться. — Если я попаду в пятно, то…

— Хе! Если ты просто попадешь в эту тряпку, Лиса, я уже тогда сниму перед тобой шляпу, — м-да, похоже, что Винсент не особо в меня верит, ну и ладушки.

— Тогда я советую ее достать, сер, — хмыкнула в сторону старого графа, на котором никакой шляпы не было. Я подняла ружье и пыталась к нему приноровиться. Цель виднелась вдалеке и манила меня. Я не могла упустить такой шанс — уничтожить вещицу хотелось при первой же возможности. И вот она! Это возможность. Бери — и делай! Да. Я уперлась рукой в колено и старалась дышать спокойнее, ровнее. Я должна поразить цель. Чего бы мне это не стоило… Повезло, что сегодня не было ветра. Впрочем, перспектива полета «шторки» за ветром мне бы тоже понравилась.