Проснулся от прикосновения холодной плоти. Первоначально он подумал о змеях, но знакомый запах и свет от зажженного факела подсказал с кем он имеет дело.

— Выпей, Кейн, — стоявшая перед ним Антунетта сковырнула пробку с бутылки из темно-зеленого стекла, — выпей моего вина.

Ведьма была абсолютно голой — и Кейна на миг замутило от обилия этой трясущейся жирной плоти. Чтобы не выдать себя он припал к горлышку, почувствовав как по его продрогшему телу, пробежало живительное тепло. Он вновь посмотрел на Антуанетту — ни одна женщина еще не казалась ему столь желанной. Ведьма, подошла и припала к нему, лобзая широкую грудь, оставляя влажные следы вокруг сосков. Затем она поднялась и впилась в губы Кейна жадным поцелуем. Звякнула и натянулась цепь, ошейник вдавился в кадык, почти душа Кейна, но он не прекращал играть с языком Антуанетты, возбужденный не меньше чем она. Но где-то в уголках его разума теплилось понимание, что его напоили каким-то приворотным зельем — нехитрая магия, которой его тренированный ум умел сопротивляться.

— У нас… не получится, — выдохнул он, с трудом отлепившись от губ ведьмы, — я задохнусь… прежде… чем мы сможем.

— Не волнуйся, дорогой, — руки Антуанетты жадно сновали по его телу, лапая его везде где только можно, — я сниму ошейник. Кровь самой Эфрель лишает силы чары наложенные ею на оковы. Я принесла нож… вскрою вены той сучке и окроплю ими оковы. И да… мы сможет любить друг друга долго-долго, пока я…

Кейн вновь поцеловал ее в губы, потом коснулся губами подбородка. Антуанетта простонала, задирая голову и подставляя шею его поцелуем. Кейн провел языком от ложбинки до подбородка, заставив Антуанетту издать сладострастный стон и вдруг что было силы сжал челюсти на ее горле.

Жабьи глаза Антуанетты чуть не вылезли из орбит, похоть сменилась смертельным ужасом. Ведьма дернулась, затрепыхалась всем телом, цепь, удерживавшая Кейна, натянулась так, что чуть не сломала ему шею, но он не разжал зубов. Удерживая ведьму на весу, Кейн все крепче сдавливал челюсти, чувствуя, как под слоем жира ломаются хрящи, как его рот заполняется густой солоноватой жидкостью. Трепыхания Антуанетты становились все слабее, руки, отчаянно молотившие по спине Кейна, бессильно опали. Какое-то время Кейн еще стискивал зубы, выдавливая из ведьмы последнее дыхание, потом разжал челюсти и безжизненное тело упало на пол.

Он посмотрел на Сансу с Теоном — те давно проснулись и сейчас со страхом смотрели на голого гиганта с окровавленной бородой и на валявшийся у его ног труп ведьмы. Рядом с ними Кейн заметил и ворох грязных тряпок: уходя в воду, Антуанетта не стала забирать свою одежду, в надежде на скорое возвращение.

— Эй ты, — хрипло произнес Кейн, тяжело глядя на съежившегося в углу Теона, — найди в этом барахле ключи. Отомкни себя и ее.

Однако Теон, забившись в угол, лишь отчаянно мотал головой, переводя полный ужаса взгляд с Кейна на труп Антуанетты.

— Теон, провались ты в Пекло, — Санса метнулась вперед, до предела натянув цепь. Изуродованная рука ухватила грязную одежду из которой выпала, зазвенев по камням, связка ключей. Вытянувшись не хуже змеи, Санса зацепила их кончиками пальцев и подтянула к себе. Отомкнув оковы, она, передвигаясь на руках, и вихляясь словно ящерица, подползла к Кейну.

— Погоди, — прохрипел воин, — нужна кровь. Кровь Эфрель. Порежь руку. Смажь оковы. Потом отпирай.

Какое-то время Санса смотрела на него единственным глазом — прекрасным ониксом на разложившемся остове. Потом вдруг развернулась и подползла к ножу, ввалявшемуся рядом с телом ведьмы. Вернувшись, Санса полоснула себя по ладони и повернула руку так, чтобы густые капли, слишком темные для человеческой крови, упали на оковы удерживавшие руки и ноги Кейна. Неуклюже, с трудом попадая неправильно сросшимися пальцами, она все же вставила ключ в замок. Щелкнула сталь и Кейн почувствовал внезапный приток крови в свои суставы, освобожденные от сдавливавшего их железа. Выхватив у Сансы ключи, он ухватил ее за руку, как следует вымазав собственную ладонь, после чего скользкими от крови пальцами, вставил ключ в замок. Вскоре все железо валялось на полу, а Кейн с наслаждением разминал затекшую шею и конечности. Санса тем временем освобождала Теона.

— И что теперь? — спросила она, закончив с этим. Теон ничего не говорил — его бегающий взгляд перемещался с Кейна на Сансу, а от нее — к поднимавшимся вверх ступенькам. Кейн проследил за направлением его взгляда и нахмурился.

— Выход там? — он обратился к Теон. Тот молчал, трясясь не то от страха, не то от холода, так что Кейну пришлось его как следует встряхнуть, — тебя спрашиваю: выход там?

— Ддда, — клацая зубами сказал Теон, — там При… Привратная башня. Антуа… нетта выводила меня туда чтобы… .чтобы… , - его губы задрожали, из глаз хлынули крупные слезы. Кейн, поморщившись, легонько хлопнул его по щеке.

— Антуанетты больше нет, парень, — медленно и четко проговорил он, чтобы до Теона дошло каждое слово, — но я могу быть куда хуже. Меня не интересует, что с тобой делали наверху — лучше скажи, много ли там стражи?

— Дддааа, — выпалил Теон, — железнорожденные, сотня, а может и две.

— Они вооружены? — помрачнев, спросил Кейн. Теон судорожно кивнул. Кейн выругался, бросив взгляд на ножик Антуанетты — даже он не справится таким с сотней, а то и двумя, вооруженных головорезов.

— Значит придется поискать другой выход, — он еще раз обвел взглядом полузатопленный подвал, — оттуда приходила Антуаннета? И скилреды тоже?

Он раздул почти потухший факел и приподнял его над водой, напряженно вглядываясь вдаль. Подвал заканчивался примерно в футах ста от них и, напрягая зрение, Кейн заметил некий оттенок, отличавшийся от маслянисто-черного камня здешних стен.

— Так я и думал, — удовлетворенно кивнул он, — там проход. Можете идти за мной или гнить здесь, пока кто-нибудь не хватится Антуанетты. Я собираюсь попытать счастья.

Он разодрал тряпье ведьмы, соорудив набедренную повязку, заткнул за нее нож и, подняв факел, шагнул в вонючую воду. Не сделав и трех шагов, он погрузился по пояс, но продолжал идти вперед, осторожно ступая по топкому илу. Сзади послышался плеск и, обернувшись, Кейн увидел, что Санса соскользнула за ним. Уродливое тело помеси человека и скилреда в воде чувствовало себя куда лучше чем на суше — очень скоро низложенная королева Севера оказалась рядом, извиваясь не хуже угря. Глядя на нее, решился сдвинуться с места и Теон. Рядом с мерзким писком плавали крысы и бесшумно скользили белые змеи, однако Кейн, размахивая факелом, прогонял их с дороги. Вода уже поднялась ему до груди, когда он дошел до стены. Одновременно с этим погас факел, оставив троицу беглецов в кромешном мраке. Кейн тщательно ощупал стены и вскоре обнаружил широкий лаз, почти заполненный водой.