— Бедная девочка, а ребеночка мне так жаль. Как же это можно. Ему же три месяца всего.

— Жалко их, плакать хочется. А про ЦРУ ты откуда узнал? У тебя там агент?

— Да.

— Что значит да? Ты меня сейчас слышал? Повтори что я спросила?

— Успокойся, Наташа,

— Нет. Не успокоюсь. Если ты, что-то знаешь, то должен пойти в полицию.

— Ты уже большая девочка, Наташа. Расскажи мне, что будет дальше?

— Наташа! Нас троих убьют, а Прохоров уедет в штаты. Сама подумай, Наташ. От кого мы здесь прячемся. Почему я, по-твоему, не пошла в органы?

— Какое же вокруг свинство. Ты должен все исправить.

— Браться сразу за все мне еще рано. Не мой уровень. Сначала я с Прохоровым закончу. А там видно будет.

— А что ты ему сделаешь?

— Тебе лучше этого не знать.

— Говори. Ты меня знаешь, я не отстану.

— Я сделаю так, что его кредиторы будут уверены, что он сбежал с их деньгами в Америку и хочет там начать все сначала. А потом я его им выдам, и они будут у него вежливо спрашивать — «Где деньги?» Если Прохоров это переживет, я придумаю еще что-нибудь, но смерть его быстрой и безболезненной не будет.

— Теперь я и тебя боюсь.

— Вот и бойся. И корми одновременно.

— Так тебя же Светка уже кормит. Расчленитель.

— Вы тут какое кино смотрели?

— Фильм ужасов. Сидели обе дрожали. Пульт у тебя очень сложный. Наташка его о пол шваркнула. А ему хоть бы что. Так до конца и досмотрели.

— Суп вкусный, кто готовил? Второе блюдо будет?

— Вместе мы готовили. Жаркое уже греется, ты же видишь.

— Да, но я еще и обоняю, а это вызывает нетерпение.

— Мы тут про игру все узнали. Давай веди нас туда. Мы в яслях доучимся.

— В самом деле что-то почитали. Но еще мало. Там бывает больно, обидно, стыдно и так далее по списку. После яслей вас там убить могут.

— Но мы же возродимся.

— Все равно, в первый раз это шок, да и потом непросто. Это затягивает и становится второй реальностью. Это все не так просто, и воздействует на психику.

— Сидеть в запертой квартире — вот что воздействует на психику. Срочно веди меня в эту игру или я не знаю, что с тобой сделаю. Нет, знаю, и тебе это не понравится.

— Наташа, мы же договорились, я все сделаю. Мне просто хотелось, чтобы вы обе там хорошо себя чувствовали. В идеале мы могли бы там встречаться и вместе что-либо делать.

— Веди прямо сейчас или я от нетерпения помру. Я рекламы про игру начиталась и стала опасна для окружающих.

— Хорошо, Света, а ты тоже хочешь в игру сейчас?

— Нет. Я хочу, чтобы ты поел нормально. Потом обсудим.

— А я, выходит, не хочу? Что смотришь? Ешь уже и пойдем. Куда мы пойдем, кстати?

— Вкусно вы мясо готовите. А пойдем мы в квартиру в соседней парадной.

— Мих, да ты ешь не отвлекайся. Ты же был против, чтобы мы выходили из этой квартиры. Как же мы попадем в другую? Ты можешь нас телепортировать? Я правильно это выговорила?

— Правильно. Ответ на второй вопрос тебя может удивить, а на первый ответ — просто.

— Я забыла, что было второе.

— А я — что было первое. Ты можешь по- человечески объяснить?

— Да, но хотел, чтобы вы догадались сами.

— Люблю загадки. Ничего не говори, я отгадаю сама.

— А я их ненавижу. Говори, зараза.

— Я придумала. Та квартира на нашем этаже и за стеной. Ты ее купил и проделал дверь в капитальной стене. Наташа пойдем сами найдем эту дверь.

— Мы же еще в игру не вошли, а ты уже в поход с поиском отправилась. Ладно пошли. Чур, я первая ищу. А ты молчи и не подсказывай.

Я остался на кухне доедать свой обед и привыкать к мысли, что его мне приготовила Света, и что это не сон. Поставив посуду в машину, я пошел искать подруг. Они простукивали стены в нужном направлении. Уже хорошо, географического кретинизма у них нет. В коридоре я отодвинул шкаф от стены и открыл дверь.

— Входите.

Мы втроем прошли через узкий проход в соседнюю квартиру. Это был мой резерв на случай экстренной эвакуации, и заодно дополнительная возможность войти в игру. Уборки здесь никто не делал уже больше месяца и все вокруг было покрыто слоем пыли.

— Это нечестно. Я про него думала, про шкаф этот, но сдвинуть не смогла.

— Мы идем в игру, а там далеко не все будет честно. Про Красную Армию вы уже слышали. Так вот — это еще цветочки. Вот четыре капсулы. Они подключены.