— А какой сегодня день?

— Пятница, тринадцатое.

— Шутишь?

— Да, но шутки у меня не такие дурацкие, как у некоторых. Ты кто вообще? Почему ты здесь?

— Вор, а ты?

— Наоборот.

— Сыщик, что ли? Здесь есть частные детективы? Вот не знал. Прибыльное дело?

— Не особенно, зато довольно сволочное. Вот только что башкой из — за какого-то придурка стукнулся.

— Вот это номер. И за что тебя забрали?

— Вопросов ты много задашь, но сам на мои не отвечаешь.

— Нас сегодня замели и сразу срок определили. Я свалить пытаюсь, поможешь?

— Нет. Наоборот.

— Что, сдашь меня вертухаям?

— Я же сказал, сыщик я и на стороне закона. Как ты инвиз держишь и одновременно разговариваешь?

— Секрет. Вор я не простой, если без ложной скромности — лучший. Любой дом вскрою и всё ценное вынесу.

— Любой? А этот? Или свобода ценностью не является? Звать тебя как?

— Это тайна тайн.

— Я же в суд зайду и спрошу протокол сегодняшнего суда.

— Скучный ты, бумаги, протоколы, решения, приговоры. Это же мир магии и волшебства, а ты заладил — то, сё. Тоска. А Афанасия в самом деле знаешь?

— Кто его не знает?

— Это да, мне как-то свиток его работы достался. Любую стену пройти можно.

— Не любую, я пробовал. Здесь, к примеру, без шансов. Аж гудит все от магии. Ты видно и в самом деле крут, если невидимость не спадает. Как ты из камеры выбрался и зачем? Из тюрьмы же не сбежать.

— Попытка не пытка, к тому же в камере темно и скучно.

— Так ты погулять вышел? Срок же удвоят?

— Нет. Не заметит никто. Тут на этом ярусе тюремщиков нет. Только маг у лифта. Ты всё же подумай, я за помощь заплачу хорошо. Пятьдесят тысяч червонцев. Ты сколько в год зарабатываешь?

Шерлок помрачнел, Такие деньги зарабатывать нужно долго и без гарантии, что это вообще получится.

— Я идейный, не только за деньги работаю, но и за справедливость. Люди вон годами работают, чтобы на чёрный хлеб масло намазать, а ты украл один раз и все.

— Так я краду не у тех, кто на хлеб намазывает масло, а у тех, кому прислуга намазывает икру чёрную. Здесь сейчас полно подонков, которые в реале наворовали и здесь себя королями чувствуют. Кто в реале честно капитал сделал? Хоть одну фамилию назови. Как минимум или коррупция, или уклонение от налогов. А кроме того, ты хоть представляешь себе, как можно вора до приличного уровня прокачать? Думаешь это просто? Бездельников среди нас точно не бывает.

— Нет. Вообще загадка, как такую профу открывают.

— Хочешь расскажу?

— Не за помощь в побеге.

— Нет, не волнуйся, я уже все про тебя понял. Это ерунда, передашь челу одному несколько слов.

— Не понял? Ты в реал не можешь выйти и сам сказать?

— А ты всех игроков можешь в реале найти?

— Но ты-то знакомому передать просишь, подельнику.

— И что? В моем деле никому доверять нельзя. Вокруг одно ворьё, к тому же это не игрок. И ничего такого страшного передавать не нужно, просто предупредить, что меня долго не будет и все перенести нужно на потом.

— Лады, но если я почувствую, что ты меня кинул — всё отменю и претензий не приму.

— Говорю же — пустяк. Нужно одному хозяину гостиницы передать, что Серый кот в тюрьме и все отменил.

— Блин, ты — Серый кот? И тебя поймали? Интернет взорвется.

— Если ты не проболтаешься, то никто и не узнает. Суд закрытый был, с моего согласия. Игроков не было. А ты, раз я твой клиент, тоже молчать должен.

— Я бы и так молчал. В моей работе важнее знать то, чего не знают другие. Особенно в этой сфере.

— Что, берешься искать краденное? Получается?

— Иногда. Уровень у меня маленький. Так, ловлю иногда мелких или начинающих.

— Вижу, сотню то мог бы прокачать. Ленишься?

— Сначала не хотел всем этим заниматься, цифры, характеристики и прочее, мешает все реально ощущать, а сейчас времени на это совсем нет. Заказами просто завалили.

— Мужей ловишь по борделям?

— Бывает. Всякое бывает. На той неделе в Столице ребенка искал. Пара бюргеров из Ростока умудрились дочку потерять. Ни они оба, ни она — ни слова по-русски. Через переводчика общались. Нашел ребенка в зоопарке. Как она туда добралась, так и не выяснил.