Никто не сдвинулся с места. Тогда за дело взялась Габриэла. В воздух взметнулась огненная плеть, рассывая искры.

— Вы оглохли?! Строимся парами! Немедленно!

Повторять не пришлось. Темные начали покидать сектор, выходя по двое. Мне в пару достался парень с четвертого курса, отставший от своих. Рядом, по-прежнему, шагал Урсул, что было очень некстати, ибо впереди по коридору показалась фигура Эмилио.

«Иди на разведку!» — приказала я коту. — «Узнай, чего не договаривает Шаадей».

Урсул подчинился. Распушил хвост и сиганул прямо в стену.

Эмилио, то бишь Дарлин, на меня в облике Иви и не взглянул. Нашел в строе темных Элиаса и что-то зашептал на ухо. Я напряглась. Что еще задумал основатель? Выглядел он паршиво. Даже не бледный, а зеленый. Он не ожидал, что Гвендарлин выкинет подобный трюк. Не думал, что его смерть настолько близка. Если замок погибнет, вряд ли они с женой вырвутся. Скорее канут в небытие вместе с ним.

— Нет, я не говорил с матушкой, — громко ответил Элиас. — Не знаю, куда перевезли Лилит!

Десять баллов, «дядюшка»! Он нарочно повысил голос, чтобы я услышала. Узнала, что хотел основатель. О, да! Мое тело необходимо Гвенде. Сейчас, как никогда прежде. Но оно у ведьм. В недосягаемости даже в обычной ситуации, не говоря о нынешней.

А вот и бальный зал. Тот, где я однажды кружилась с Ульрихом в танце. Мы прибыли последними. Светлые и полуцветы уже собрались. Испуганными выглядели лишь единицы. Остальные воспринимали происходящее — не более чем приключением. Подумаешь, замок переместился. Недавно путешествовали сектора, и ничего. Ученики остались целы и невредимы. И что самое обидное, всё проспали. Теперь же представился шанс полюбоваться с «первых рядов».

— Добавьте диваны, чтобы всем леди хватило места! Господа и на полу посидят!

— А ну разойдись!

Через открытые двери влетело не меньше пары дюжин упомянутой мебели. Диванов, что стояли вдоль стен, и правда, на всех девчонок не хватило бы. Но едва ли меня интересовала возможность устроиться с удобством. Я, встав на цыпочки (демоны б побрали рост Иви!), пыталась рассмотреть того, кто отдал приказ. Померещился голос Грегора Уэлбрука. От переизбытка впечатлений, не иначе.

Вот только мне не померещилось.

Глава совета Многоцветья стоял в дверях собственной персоной и совещался с мэтрами Сонсбери и Шаадеем. Ну и с так называемым Эмилио. И откуда взялся? Но прежде чем я успела подойти поближе, чтобы хоть что-то расслышать, в сознание вторглась иная картина. Как наяву, я увидела близнецы. Черное стекло покрылось трещинами, из которых текла кровь. Самая настоящая кровь!

— Что всё это значит?

Белая, как снег, леди Филомена стояла рядом с Гвендой Ван-се-Рмун, замаскированной под преподавательницу, и в ужасе смотрела на зеркала. Но та и не заметила вопроса библиотекарши. В глазах бушевало пламя. Ее пристанище погибало. Тело Дитрих — временный сосуд. Он держался благодаря силе, отданной Дарлином. Но что потом? Даже если Гвендарлин каким-то чудом суждено выздороветь, близнецы мертвы. А, значит, и Гвенда тоже.

— Шпионишь? — спросила она Урсула. — Пошел прочь!

— Леди Дитрих, — укорила ее леди Филомена. — Нельзя же так.

— Плевать. Нам всем конец. На этот раз точно конец.

Она расхохоталась, как безумная, и помчалась из зала близнецов. На поиски ненаглядного Дарлина. Куда ж еще! Он один мог помочь. Или хотя бы понять. Столько веков, столько загубленных жизней, а они там, где начали. В погибающем замке. Вот обидно-то! Тьфу!

— Не стой на дороге, девочка!

Мэтр Сонсбери грубо меня подвинул и хлопнул в ладоши, призывая всех послушать. Я огляделась и обнаружила, что и Дарлин, и Уэлбрук исчезли, а дверь заперта магией. От нее исходило черно-красное свечение. Коснешься, наверняка, сгоришь заживо.

— Сегодня ночью в Гвендарлин за главного господин Грегор Уэлбрук. Так совпало, что он приезжал ко мне, дабы обсудить управление колледжем после смерти директора Дюваля. Господин Уэлбрук возьмет ситуацию под контроль вместе с нашими педагогами и воспитателями. Я же и мэтр Шаадей побудем с вами. Я запечатал дверь родовой магией. Пока я жив, никто не сможет отпереть ее ни снаружи, ни изнутри. Здесь вы в безопасности, леди и господа. Советую успокоиться и просто ждать.

Поломанные ногти Иви вонзились в ладони. Мы заперты. Какая прелесть.

А, впрочем, какой толк от кого-то из нас снаружи?

Или…

На память пришла картинка из «Книги надежды»: блондинка, склеивающая разбитое зеркало. Ох… неужели, Юмми или Рашель суждено помочь близнецам? Но как?!

Может, в «Непопулярных легендах» появился ответ? Стоит посмотреть. Кому какая разница, что читает отшельница Иви.

— Милочка, — мне на плечо неожиданно положил ладонь мэтр Шаадей. — Ты подготовила доклад, который я просил?

— Э-э-э….

Ещё бы я знала, о чем речь? И с какого перепуга обсуждать домашнее задание сейчас? Если Шаадей решил отвлечь девчонку, способ выбрал неудачный.