Чем хороши девчонки, так это тем, что их и спрашивать ни о чем не нужно. Само льётся. Чаще всего это раздражает, но вот здесь и сейчас я узнал о Разломе и его жителях очень много, еще до того, как придумал свои первые вопросы на эту тему.

Зачастую людей достаточно просто внимательно слушать и дать им выговориться. Так проще всего узнать о них всё. Это не народная мудрость, а принцип работы мошенников на доверии. Ну и большей части внуков. Тех, кто у Гюль отвечают за сбор информации.

Через пару минут лавочник притащил целый ворох карт, большая часть которых была настолько ветхой, что на них разобрать что-либо было почти невозможно. Среди принесенного было много книг на первый взгляд о путешествиях и о путешественниках.

Принеся целую охапку хлама, он сразу же удалился и вскоре вернулся уже быстрее с новой охапкой…. Через пять минут весь прилавок был завален тем, что проще всего было бы назвать мусором. Хозяин даже пыль с залежалого товара смахнул наскоро и следы её были видны на всем, что предстало моему взгляду.

Но я купил все. Как тут пойдут дела пока непонятно и нельзя исключить того, что придется срочно покидать Разлом и уверенности в том, что я смогу вернуться, тоже нет. Да и цены смешные. Должно быть, на островах нет своих золотых рудников, что повышает стоимость золота. Хомяк и жаба дуэтом исполняли Поэму экстаза.

Карты я просмотрел бегло, задерживая внимание только на тех, где была новая для меня информация. Но и их было много — примерно две трети. Подробно и тщательно этим заниматься — нужно месяц потратить.

Пока Пуху отдам для классификации и приведения в божеский вид, но пора уже в клане заводить картографа, библиотекаря и управляющего складом. У меня во дворце они уже есть, но пока не ясно, насколько можно им доверить секретные и уникальные вещи.

В результате я осчастливил человека. Пока только одного, но чем черт не шутит. Купил все книги, карты, схемы, рисунки и картины, сделанные на совершенно незнакомых островах неизвестными мне художниками и путешественниками. Сторговались за двадцать червонцев, причем я торговался для проформы, чтобы не разочаровать своего проводника.

Она явно переживала за каждую мою монету и искренне желала, что бы я объегорил её врага. Когда на её лице появилось удовлетворенное выражение, я понял, что достаточно. И согласился. Старик был счастлив, сбагрив залежалый товар, рыбачка — тоже. Сделка удалась.

— Что ж. Тогда, пожалуй, всё. Спасибо. Теперь мне нужно найти хороший трактир с приличным жильем и хорошей кухней.

— Это у нас!!!

Впервые одно и тоже произнесли оба моих собеседника и даже сделали это хором, не желая уступить первенство конкуренту.

— На островах свежей бывает только еда из моря. А это у нас.

— Наш кремль самый укрепленный, стража лучшая в Разломе, а мой троюродный брат полгода как новую гостиницу открыл. «Перл Разлома». Роскошь запредельная. Даже горячая вода и баня своя. Только в Садах живут лучше. А рыбу принести за пять минут можно. Вот эта и принесет. Мелочь пузатая.

— Спасибо, уважаемый. Тогда я схожу туда. Сошлюсь на вас, вы всё это упакуйте и в гостиницу отправьте. Пойдем, проводник, дорогу покажешь.

Хозяин лавки даже на улицу вышел провожая меня и сопровождая пожеланиями вернуться и купить ещё что-нибудь. Мелкая шла рядом и молчала.

— Что молчишь? Раз ты проводник, то рассказывай всё, что знаешь. А я тебя, если рассказ понравится, обедом угощу в гостинице.

Что тут началось. Ураган. Информация обрушилась как Ниагарский водопад. Вокруг жили и гуляли по улицам только сплошные воры, мерзавцы и отбросы общества. Я услышал и тут же забыл сотни имен, адресов и профессий людей, шедших мимо, живущих поблизости или даже почивших в бозе. Словарный запас у ребенка тоже впечатляющий, но это так у всех рыбаков, с которыми я знаком.

Для печати в её монологе подошло бы немногое. В основном предлоги и союзные слова.

Кроме общих характеристик драконов она приложила всех встречных, поперечных индивидуально и припомнила всех их предков до третьего колена. В одном случае даже до седьмого.

Интересно, она вообще всех в Разломе знает?

В гостинице нас встретили по-царски. Любезно до подобострастия, почему-то у меня появилась уверенность в том, что меня уже ждали. Быть может потому, что цену назвали в имперских червонцах? Номер мне понравился чистотой, но особой роскоши я здесь не увидел.