А вот Наташе принять такую действительность оказалось тяжело, но между самоубийством и тремя мужьями, Наташа все же выбрала последнее.

Император рассказал мне, что объявил новость Вечным. Он объявил им, что пройдет отбор. Рассказал про то, что девушки выберут себе сами, каждая троих мужчин, которые будут иметь на нее право. Остальным придется довольствоваться клонами.

Как это ни удивительно, я сама была поражена, но мужчины согласились с таким поворотом. Оказывается, в отличие от клонированных кукол, каждый из них хотел женщину только себе и отбор давал им такой шанс.

— Не стоит обольщаться, — говорил мне император, — это они сейчас согласны, когда думают, что будут избраны. А как запоют потом — неизвестно.

С испытаниями мы не мудрили.

Первым было преодоление полосы препятствий. Ее по нашим рисункам строили клоны. Те десять Вечных, кто пройдет ее последними, исключаются из отбора.

Мы объяснили императору, что у нас такую легко проходят все молодые ребята, хотя, если честно, я особо не обращала внимания на эту сторону жизни и полосу препятствий видела только по телевизору.

Девочки были в аналогичном положении, поэтому пусть извиняют нас инопланетяне, что землянки придумали, то они и будут преодолевать!

И вот, наконец, пришел день первого испытания. Девчонки нарядились, выбрав по одному из моих платьев, я тоже не отстала от них.

В этот день заканчивалось наше с Маринкой наказание, в виде отлучения друг от друга, вместе со мной не видели ее и девчонки, поэтому мы все трое с нетерпением ждали встречи.

Волнение от всех этих событий зашкаливало и у меня прыгнуло это проклятое давление. В результате, на первом испытании отбора меня не было. Я все самое интересное пропустила. И за обещание не рыдать по этому поводу, император безжалостно отправил ко мне Маринку, так что и она из-за меня испытания тоже не видела.

Мы валялись на кровати в моей спальне все время, пока проходил первый конкурс и делились новостями.

— Представляешь, у меня будет двойня, разнояйцевые, девочки. Вполне может быть, что рожу сразу от обоих, представляешь?

— А у меня будет мальчик.

— А ты девочек наших, Лену с Наташей, видела? Знаешь, что с ними?

— А тебе что, про них даже не рассказывали?

— Мне ни про кого не рассказывали. Это было мое наказание за побег лично от моих двоих мужчин. Они, конечно, усилено заботились обо мне, но ни слова не проронили про тебя или девочек, как я не спрашивала.

Вечером к нам влетели восторженные девчонки. Заглянул также император и сказал четыре слова:

— Десять минут. Время пошло.

Я схватила их за руки, скорее рассказывайте!

— Классно! — восторженно пищала Наташка.

— Они были в шоке, что у нас это проходят все мужчины. Вечные зазнайки были похожи на выжатые лимоны в конце полосы, а некоторые даже не прошли совсем. Кажется, мы немного перемудрили. Десять первых уже отсеялись. Маринка, дорогая наша, ты прямо слона проглотила! У Ксюшки животик аккуратнее.

— Так у нее там один, а у меня двое! — смеялась Маринка.

Явился император и безжалостно увел от меня всю компанию.

Свое время он никому не уступал.

Глава 2

— Почему? Ну почему мне нельзя на второе испытание? Это же я его придумала! Ну, пожалуйста, Эрэнчик, можно я полечу с тобой?

Но император был не умолим. Больше того, насупленная Маринка тоже оставалась со мной во дворце. И, на этот раз, я и мое давление были ни при чем. Это ее мальчики тоже запретили ей лететь в такое опасное место.

А что в этом опасного? Обычные гонки на летающих такси под ручным управлением. Кто первый прилетит, тот первый муж одной из девушек, на его выбор. Второй может быть первым мужем оставшейся, а если хочет продолжить борьбу, потому что ему больше нравится уже выбранная, пожалуйста, право стать первым мужем второй переходит к третьему прилетевшему, с тем же примечанием по поводу симпатий и продолжения борьбы.

Мы с Маринкой решили устроить нашим мужчинам бойкот. Ты посмотри какие тираны! Мы сами можем решать, что нам можно, а чего нельзя! Мы с Маринкой подогревали возмущение друг друга до самого вечера и бесились от невозможности хоть одним глазком глянуть на происходящее.

Мужчины вернулись очень довольные. Зрелище им явно понравилось. Наши надутые мордочки впечатления не произвели. Етевек взял Маришку на руки и понес ее в такси, продолжая обсуждать гонки с Еном. Даже внимания на нее почти не обратил. Ну это он зря…

— Как провела день малышка? — ласково спросил Эрэн.

Я молчу.

Он покосился и спросил так же ласково:

— Хочешь провести оставшееся до родов время, не выходя из своей спальни, под присмотром Глага?

Кстати, Глаг — это имя Глазастого, которого я терпеть не могу. Каждый раз, когда он прилетает на очередное обследование, боюсь до дрожи. Я уже зная, что он с улыбкой проводит даже самые болезненные процедуры. С него станется объявить, что мне нужно или полезно что-нибудь особо противное или болезненное, и император заставит меня пройти через это, несмотря на мои мольбы и уговоры. Я одну только процедуру внедрения возможности общения вспоминаю с содроганием.