А парнишка-то девушку целовать не торопился. И не потому, что оттягивал сладостный момент, с его лицом происходила жуткая трансформация. Губы, вытягивались и складывались в длинную трубку, метившую в шею жертвы. Трансформация эта выглядела настолько мерзопакостной, что Гордей, зашедший ему за спину рубанул по шее человека-паразита не раздумывая. Не зря его Джек предупреждал об остроте лезвия — мачете прошло сквозь мышцы и кости, как сквозь пластилин. Глядя на обрубок шеи сирены, Гордей не почувствовал ничего, кроме брезгливости. Девчонка же, открыв глаза и увидев своего укороченного кавалера с ужасом посмотрела на Гордея.

Гордею пришлось молоть чушь, про нарушения пожарной безопасности на крыше. Забалтывая девчонку, он пытался нащупать в кармане зелье забвения. Но девушка решила отправиться в страну грез добровольно — она просто упала в обморок.

«Меньше хлопот» — подумал Гордей, но тут его спину будто кипятком обварили. Он оглянулся — из обрубка шеи сирены бил фонтан из Искр. Синих Искр! И это синее безобразие вливалось в его тело! Синее, не красное!

— Он уникум, — произнес наблюдающий за Гордеем с соседней крыши Джек Потрошитель.

— Я тебе об этом говорила, — ответила ему стоящая рядом Яна, — пшент мой?

— Да. Меняю корону на парня, как и договаривались. Думаю, Коготь будет очень расстроен, — просипел знаменитый маг-маньяк.

— Это да. Но боюсь ты будешь расстроен не меньше его, — Яна стремительно шагнула в сторону и подняла руку, в которой бронзой блеснул кривой кинжал. Она полоснула не успевшего среагировать Джека точно по старому шраму, которым одарил его в свое время Георг.

Джек схватился за горло, из-под его пальцев брызнула кровь. Он попытался что-то про булькать и упал на колени. Обратным взмахом Яна загнала ему кинжал в основание черепа. Тело Джека рухнула ничком на серый битум крыши.

Яна дождалась, пока оно перестало вздрагивать, перевернула Джека на спину и начала обыскивать карманы.

— Он уникум, но никто не должен об этом знать, — тихо сказала она сама себе.