— Почему?

— Потому что слившие свою силу воедино маги должны понимать всю ответственность. Если среди них будут достаточно могущественные, они и планету в пыль размолотить могут.

— А прецеденты уже были?

— В пыль? Еще нет. Но и потоп был. И ледниковый период.

— Ни черта себе! Не думал, что это так серьезно. Тогда пошли спасать человечество! — Гордей подскочил с мата и поднял руку вверх, сжав в кулак, как супермен, — слушай, а боевые маги точно летать не умеют?

Георг покачал головой.

— Жаль, — опустил руку Гордей, уже нарисовавший себе в голове картинку, как он приземляется в центре круга писаных красавиц и одной силой убеждения и очарования разгоняет их по домам.

— Зато они могут блинкать.

— Это как?

Георгий изобразил, что такое «блинкать» на примере. Он исчез с мата и тут же появился сидящим на полу метрах в трех.

— Крутооо! Я тоже так смогу?

— Сможешь. Ранга с пятидесятого.

— Отлично! Айда Искры с девчонок трясти! — воодушевился Гордей.

Но задор у него поубавился, когда через час Георг остановил машину возле школьного здания.

— Эээ… а что мы тут делаем? Нам с продленки внучка забрать надо? — Гордей с явным непониманием разглядывал темные окна школы-новостройки. По его мнению, за ведьмами надо было ехать непременно на лысый холм, на вершине которого они прыгают через костер. Голыми с одними венками из полевых цветов на голове.

— У Верены нет детей.

— Да? А муж есть? Или жених? Или хотя бы парень? — Гордей все еще находился под впечатлением от миловидности дочери Георгия и все эти вопросы выскочили у него залпом и помимо воли.

В темноте глаза Когтя полыхнули багровым.

— Пора показать этим чертовым ведьмам, — Гордей торопливо покинул салон «крузака», не желая продолжать беседу.

Перемахнув через невысокий заборчик незамеченными, агенты Службы оказались в школьном дворе. Время было позднее, прожекторы, освещающие небольшое футбольное поле с искусственной травой пустовало — детвора разбрелась по домам. Чтобы и дальше школьный двор дремал, убаюканный теплым весенним вечером, Георг вытащил колбочку, вылил ее содержимое на ладонь и окропил им себя и Гордея.

— На видеокамерах мы теперь два размытых облака.

— Вот скажи, — спросил Гордей, пока они неторопливо вдоль стеночки подходили к запасному входу, — зачем нам с такими штуками по ночам бродить возле школ, а не грабить банки, к примеру?

— Потому что избавлять мир от ведьмовских проделок — хорошо. Грабить банки — плохо, — ответил Георгий, проводя пальцами по стыку между створками двери запасного выхода.

— Слабое объяснение.

— Лучше тебе легионеры объяснят, когда в банковском сейфе поймают. Закуклят…

— Что сделают?

— Закуклят. Проведут ритуал, после которого твое тело перестанет черпать магию извне. Магом-то ты быть не перестанешь, а вот творить заклинания без энергии не сможешь.

— То есть ночью в школу лезть это нормально. А в банк — преступление, — приуныл Гордей.

— В школу вы лезем по служебной необходимости, — Георг вытащил из кармана поисковое блюдце. Едва он коснулся его края, поверхность артефакта полыхнула зеленым так, что агентам пришлось на мгновение зажмуриться. Блюдце не просто показывало какие-то то там точечки, оно все светилось равномерно, — нам надо торопиться!

Вскрыл дверь Коготь радикальным способом — призвал пламенный меч и перерезал им ригель замка.

Зайдя внутрь он отыскал перемигивающийся огоньками корпус сигнализации и указал на него Гордею:

— Разряд!

Гордей долбанул коробку своей миниатюрной молнией, из корпуса сигнализации повалил едкий дым. Внутренности ее выгорели прежде, чем она успела подать тревогу.

— За мной! — Коготь понесся по коридору к ведущим наверх лестницам, Гордей припустил за ним держа наготове еще один разряд.

Из темного вестибюля вышла тень, сжимавшая в руке какое-то оружие. Крадучись силуэт отправился вслед за агентами Службы.

Взбегая по ступенькам, Георг на площадке между вторым и третьим этажом остановился и окружил себя сферой огня. Гордей клятвенно пообещал себе, что завтра же купит себе бронежилет и на операции выезжать будет только в нем.

С лестницы они свернули в длинный коридор с бесконечными дверями учебных кабинетов. В поисковом блюдце больше не было надобности, агенты отчетливо слышали монотонное пение, доносившееся из конца коридора. Вряд ли в этот час проводились занятия по хоровому пению, значит за дверьми спортивного зала происходило что-то по меньшей мере странное.