– На кухне наверняка найдётся! – поддержал его другой, но проверить на практике свою идею они не успели.

– Именем короля! Прекратить! Что за драка?! Кто зачинщик?! – выкрикнул командир небольшого отряда, ворвавшегося в таверну с обнаженными мечами.

– Гном убил нашего друга! – гнусавым голосом запричитал летун, едва пришедший в себя после встречи с колонной. Выйдя вперед, негодяй снова и снова вытирал рукавом текущую из разбитого носа кровь. – Он напал на нас без всяких причин! Верно я говорю, братья?!

Нестройный хор подельников, стоявших за спиной оратора и порядком растерявшихся при виде вооружённой до зубов стражи, подтвердил его правоту.

– Серьезное обвинение, – покачал головой командир отряда и повернулся к купцу, который наблюдал за происходящим, разинув рот от удивления. – А вы что можете сказать?

– Я? Честно говоря, я не слышал, о чём они говорили, и обернулся, только когда началась драка!

– Понятно. Что ж, плохо твоё дело, наугрим! За убийство невинного человека, да при таком количестве свидетелей против тебя, в нашей столице запросто могут отрубить голову!

– Они пытались опоить меня и отобрать браслет! – попробовал оправдываться Рагнар.

– Чушь! Мы его и пальцем не тронули! Несчастный Банч лишь предложил уступить безделушку! – крикнул в ответ кто-то из стана противника, сообразив, как себя вести. – Теперь ты ответишь за убийство! Не сегодня-завтра тебя еще укоротят!

– Ах ты, лживый шакал! – сжав кулаки, Рагнар шагнул в сторону дружков покойного, и только два клинка стражников, упершиеся ему в грудь, остановили гнома. – Реликвии моего народа не продаются, а уж тем более чужакам!

– Достаточно! – взмахнул рукой сержант. – Раз нет никого, кто может сказать хоть слово в твою защиту, то ты отправишься в тюрьму. Надеть на него кандалы!

– Стойте!

Властный голос человека в черном плаще, до сих пор тихо сидевшего за небольшим столом у окна, заставил всех повернуться в его сторону. Совсем недавно вместе с ним ужинал ещё кто-то, но минуту назад под шум и гам компаньон куда-то исчез.

– Я видел, как восемь негодяев напали на подгорного жителя и угрожали ему смертью! – с едва уловимым акцентом, но очень уверенно произнёс достаточно молодой незнакомец. – Не сомневаюсь, что их разыскивают за грабежи и убийства на дорогах королевства. Арестуйте их и допросите с пристрастием!

Подобный высокомерный тон совершенно не понравился командиру стражников и вряд ли способствовал бы делу, если бы не активная жестикуляция говорившего. Благодаря распахнувшемуся плащу, сержант увидел, что плащ хоть и заляпан снизу дорожной грязью, но имеет дорогую ярко-красную подкладку, в ножнах на поясе висит богато украшенный меч, а в центре сверкающей кольчуги располагается золоченая пластина с изображением герба: щит, два скрещённых меча на нем и корона сверху. Конечно, бывает, что в чужую одежду нарядится какой-нибудь самозванец, но неизвестный защитник гнома держал голову с поистине королевским достоинством, а его гордой осанке могли бы позавидовать столичные нобили – подобное нельзя изобразить, чтобы тебе поверили, если нет многолетней привычки вести себя именно так.

"Эка загнул! Хотя чего удивляться, он же не из нашей знати, – размышлял опытный в своем деле командир стражи. – Местные гербы, да и всех ближайших соседей, я знаю наперечёт! Выходит, издалека занесло. Для государя слишком юн, значит – наследник. Указать бы ему на дверь, да кто знает – какие у него тут знакомства? Со всякими принцами и царевичами лучше не связываться, себе дороже".

– Прошу благородного воина простить меня, – учтиво произнес он вслух, – но едва ли это возможно. В Гондоре и Арноре пытки запрещены королём Элессаром. Да и допрашивать всех подозрительных гостей столицы слишком накладно для казны!

– Я заплачу золотом, – не моргнув глазом, ответил неожиданный заступник и, сорвав с пояса, швырнул на стол мешочек с монетами. – Пусть городские власти установят истину, сколько бы ни потребовалось на это времени, тем более что пострадавшие с другой стороны тоже настаивают на справедливости и расследовании.

– Пожалуй, мы с друзьями передумали, – ответил за всех разбойник с разбитым носом, поскольку главарь всё ещё находился без сознания. – Мы собирались сегодня уехать, нас ждут артельные дела, и нет возможности тратить много дней на разбирательства. Пусть произошедшее останется на совести гнома, и я лишь хочу, чтобы он похоронил нашего товарища за свой счёт.

Командир стражников взглянул на чужеземного королевича, и тот, после коротких раздумий, видимо, понимая, что уже добился немало, а на большее рассчитывать не приходится, согласился.

– Пусть убираются! – молвил он, сопроводив слова брезгливым жестом в сторону двери.

Положив плату за застолье на видное место, компания в кожаных куртках подхватила под руки бесчувственного вожака и едва пришедшего в себя одноглазого и направилась к выходу. Все присутствовавшие в таверне проводили их взглядами, и потому никто не заметил, как заступник гнома едва заметно кивнул фигуре в сером плаще, неподвижно замершей в тени у колонны, после чего та последовала на улицу за подозрительными удальцами.