Волосы у нее были сальные и спутанные. На ней были свободные серые спортивные штаны с дырками на коленях и белая футболка, знававшая лучшие времена. В ее лице был какой–то туманный блеск. Если бы я не знал ее лучше, то подумал бы, что она не умывалась с Рождества.

– Я знаю, – ответила она и закрыла за мной дверь.

Я вошла в комнату и оглядела неубранную кровать и грязную посуду на ночном столике. – Ты в порядке?

– Не совсем так. – Она села на край кровати и опустила взгляд на свои руки на коленях. Интересно, почему она не смотрит на меня?

Присев перед ней на корточки, я взял обе ее руки в свои. – А что я могу сделать?

– Ничего.

Я помолчал, потом поднес ее руки к своим губам и поцеловал их. – Твоя мама хотела, чтобы я убедил тебя сходить к врачу. Она думает, что у тебя может быть дефицит железа.

Я, конечно, не собирался говорить: «Ты должна пройти тесты, потому что у тебя может быть какая–то ужасная смертельная болезнь».

Анджела покачала головой. – У меня нет дефицита железа.

– Тогда в чем же дело? – спросил я. – Скажи мне, потому что я хочу помочь. Я скучаю по тебе и хочу, чтобы тебе стало лучше. Чего бы это ни стоило, я здесь ради тебя.

Она подняла глаза и посмотрела на меня с мрачной и злой насмешкой. Я чувствовал себя так, словно только что вошел на съемочную площадку «Экзорциста».

Больше, чем немного потрясенный этой переменой в девушке, которую я любил, я сел на пол и оперся на обе руки. – Поговори со мной.

Она долго возилась с потертой тканью вокруг дырок своих спортивных штанов, затем резко встала и подошла к окну. Глядя на соседский дом, она сложила руки на груди. – Это не так просто сказать.

– Попробуй, – ответил я.

Повернувшись ко мне лицом, она села на подоконник. – Я не счастлива здесь, и мне нужно уехать. Я уже заказала билет на самолет, но еще не сказала родителям.

Я недоуменно нахмурился. – Билет на самолет куда?

– На Запад, – ответила она. – Калифорния.

Тошнотворное чувство подкатило к моему животу, как зазубренный валун, и я поднялся на ноги. – Но почему? А что в Калифорнии? Или я должен спросить, кто?

Внезапно напряжение в комнате стало плотным, как тесто для хлеба.

– Твой брат, – сказала она.

Закрыв глаза, я обхватил ладонью лоб. – Нет.

– Да. Извини. Я не хотела причинять тебе боль, но именно поэтому последние три дня я провела, свернувшись в клубок. Я больше не могу здесь оставаться. Я задыхаюсь, Джесси. Мне нужно в Лос–Анджелес.

– Чтобы быть с Риком? – в ужасе спросил я.

Она кивнула.

– Он знает об этом? Он знает, что ты чувствуешь?

Она усмехнулась и села на кровать. – Конечно, он знает, и это был ад для нас обоих. Мы оба так старались не обращать внимания на свои чувства, но это было просто невозможно. Я влюблена в него и должна быть с ним.

Комната кружилась. Все вокруг стало красным.

– О чем ты говоришь? – спросил я. – Что вы были вместе за моей спиной?

Опустив глаза, она кивнула.

– Когда же? – я потребовал ответа.

Как я мог не знать?

Анджела пожала плечами. – Обычно, когда ты был на работе. Иногда мы встречались у тебя дома.

Нет и нет.

Нет! Это было уже слишком!

Уперев руки в бока, я начал расхаживать по ее спальне. – Ради Бога, пожалуйста, не говори мне, что ты спала с ним.

Отсутствие ее ответа говорило обо всем, я почувствовал, как моя кровь закипает. Я остановился и посмотрел на нее. – Ты с ума сошла? Он не любит тебя так, как я.

Как жалко это прозвучало. Мне хотелось задушить себя подушкой.

Анджела встала, защищаясь. – Да, это так. Ты не знаешь, о чем говоришь. Ты не знаешь, каково это было.– Она замолчала, чтобы перевести дыхание. – Прости, но я влюблена в него и больше не могу этого выносить. С тех пор, как он ушел, я чахну. Я умру, если не уеду. Мне нужно быть с ним, и я уезжаю завтра.

Я покачал головой в безумной попытке очистить свой мозг от этого кошмара. Этого не может быть. Рик не сделал бы этого со мной.

Неужели он действительно солгал мне в терминале, когда мы прощались? Как он мог заставить меня чувствовать себя таким ревнивым дураком?

– Ты разговаривала с ним с тех пор, как он уехал? – спросил я. – Он знает, что ты хочешь последовать за ним?

– Конечно, он знает, – ответила она. – Он сказал мне переехать к нему, потому что он тоже не может этого вынести. Ты не понимаешь. То, что произошло между нами, было... – она замолчала.