Серебристый Берег…

— Ты... ты вложила в мой разум эти сны о Неро.

— О нём, о его отце и о твоём отце.

— Дамиэль, настоящий Дамиэль, только что на празднике сказал, что никогда не обучал меня телепатическому сопротивлению. В течение нескольких дней ты помещала в моё сознание образ Дамиэля, заставляя меня думать, что он тренирует меня... — я покачала головой. — Но он казался таким реальным.

— Я воспользовалась твоими воспоминаниями о нём, — сказала мне Фэйт. — Я побудила твой разум создать достаточно реального Дамиэля Драгонсайра, чтобы обмануть тебя.

— То есть, мой разум фактически обманывал сам себя.

Она кивнула.

— Да.

Я попыталась разобраться в том, что она сказала.

— Фарис приходил в мои сны. Вот только это тоже была ты. Из-за этих снов я думала, что мой разум слишком слаб и не может блокировать богов и демонов. Поэтому я обратилась за помощью к Дамиэлю, чтобы стать сильнее. Но это был не Дамиэль, а ты. И ты использовала эти тренировки, эти ментальные атаки, чтобы ослабить мой разум, — я прикусила нижнюю губу. — А как же мои сны о Неро? Они тоже были фальшивыми?

— Естественно. Эмоциональные потрясения ослабляют умственную защиту.

Я сердито посмотрела на неё.

— В тебе нет ни капли порядочности, правда, Фэйт?

В её глазах вспыхнул гнев.

— Я порядочный человек. Неужели ты думаешь, что я хотела делать всё это? Поверь мне, я не хотела, но у меня нет выбора. Это единственный выход.

— Как может убийство такого количества людей и внушение всем страха перед использованием магии может быть единственным путём к чему-либо? — потребовала я.

Фэйт покачала головой.

— Ты не понимаешь. Это единственный путь. Я не могу допустить, чтобы в течение нескольких минут кто-либо на Земле использовал магию.

— Почему?

— Потому что это единственный способ найти моего брата!

Я покрутила пальцем у виска.

— Отмотай-ка назад. Какое отношение всеобщий отказ от магии имеет к поискам твоего брата?

Она испустила раздражённый вздох.

— Я сказала, что он пропал, и я не могу его найти. Ну, я на самом деле знаю, кто его похитил. Это были Стражи.

— Твой брат тоже телепат, не так ли? Как и ты сама.

— Да, — подтвердила она.

— И он такой же могущественный, как ты?

— Да.

Это объясняло, почему Стражи забрали его. Они собирали могущественных сверхъестественных существ. Ну, Фэйт была самым сильным телепатом, которого я когда-либо встречала. Её магия была такой цельной, такой совершенной. Она полностью одурачила меня.

— А теперь ты пытаешься спасти своего брата от Стражей, — произнесла я.

— Да.

— Но, серьёзно, какое отношение к его поискам имеет то, что никто на Земле не использует свою магию?

— Вся магия в мире производит столько шума, — она замахала руками по обе стороны от своей головы, отчего по её вязанию побежали волны. — Как океан разбивающихся волн, вечно движущийся, никогда не унимающийся. Мне нужна тишина, чтобы я могла сосредоточиться на конкретной магии. Магии Стражей.

Если она способна на такое, это означало, что Фэйт была не просто могущественным телепатом; она также являлась единорогом, магическим сенсором. Это один из восьми видов пассивной магии, которые описали мне Каденс и Дамиэль.

— Значит, ты пытаешься найти Святилище Стражей, — сказала я.

— Найти его — не проблема. Я точно знаю, где находится их Святилище. Оно здесь, на Земле.

Мне говорили, что Святилище Стражей находится в другой реальности.

— Святилище расположено в другой реальности, только не в другом мире, — сказала она.

Она снова прочитала мои мысли. Чёрт возьми!

— Их Святилище здесь. На самом деле это много небольших святилищ. Они прячутся на виду, там, где боги не властны.

На виду у всех... там, где боги не властны.…

— Равнины монстров, — догадалась я.

— Ух ты, ты действительно такая умная, как все говорят, — она казалась удивлённой.

— Стражи живут на равнинах монстров?

— Ну, не совсем на равнинах монстров. Их Святилище святилищ существует в несколько ином измерении, лишь немного отличающемся от нашего. Вот почему люди не могут попасть туда, даже используя магию телепортации. Прямо сейчас единственные пути внутрь или наружу — это крошечные врата, которые мы не можем видеть или чувствовать, — она вязала так же быстро, как говорила, и её творение обретало форму; оно напоминало цепь. — Вся дикая магия монстров скрывает Святилище Стражей и закрывает его от нас. А бурлящая по всему миру магия делает эти врата ещё более труднодоступными.