– Я страдаю, не мешай, – буркнула я и тут же спохватилась: – Что такое Речь Шветная?

– Это княжество, в котором мы живем, Алина, – вздохнул Бецик. – И правит им славный Князь Претемных Вацлав Шлях-Успенский. Сволочь такая.

– Как-то ты не очень уважительно о правящей персоне-то, – заметила я.

– Что есть, то есть, – буркнул Бецик.

Потом взмыл вверх и подлетел к массивной книге, подпиравшей ножку шкафа. Хм, я ее сразу и не заметила.

– Алина, помоги мне. Пока нет Виславы, а Дорота и Лешек хозяйничают на кухне, можем успеть восстановить твою память.

Звучало заманчиво, но книга как-то не внушала доверия.

Во-первых, она была большой, с приличный такой ноутбук. Во-вторых, толстой. Такой прибить – ничего не стоит. В-третьих, на ней был замок в виде львиной морды, в пасти которой зажималось кольцо. Обычно такие бывают на дверях, чтобы гость мог постучать.

– Давай-давай! – поторапливал Бецик.

Я медленно присела. Протянула руку, пальцы обдало теплом. Глаза льва сверкнули алым всполохом. Голова закружилась, в нос ударил запах трав и кофе, крепкого-крепкого и безумно ароматного.

Дыхание застряло в легких, будто под гипнозом, я потянулась к гримуару, и тут в дверь настойчиво постучали.

– Алина! Можно войти?

Че-е-ерт! Явился! И кто тебя звал, Лех Скорбута? Вечно ты…

От неожиданности я плюхнулась на пол. Имя! Я вспомнила полное имя Лешека! Значит… не все потеряно!

Одновременно радуясь и будучи раздраженной, я встала и подошла к двери.

– Что случилось? – спросила я, открывая ее.

– Дорота зовет, – сказал он, серьезно глядя на меня.

Эх, эти зеленые глаза. Вот почему нельзя взять себе мужчину, который понравился? Просто вот взять и принести домой. Сказать: «Дорогой, теперь ты будешь жить здесь. Я все уладила».

«Потому что нельзя приносить чужое в дом, особенно, если это красивый самец, очередь на которого простирается от Львова до Одессы», – тут же сообщил внутренний голос.

Вздохнув, я уже собралась последовать за Лешеком, но он не сдвинулся с места. И единственное, что хорошо получилось – это с разбегу ткнуться в широкую грудь. Вдохнуть запах лаванды и почувствовать, как горячая ладонь легла на спину.

– Алина, – шепнул он мне в макушку. – Я понимаю, что ты сейчас сама не своя. И с такой родней и правда не просто остаться в своем разуме. Но… если тебе понадобится помощь. Или что-то еще, знай: я всегда рядом.

Лешек больше ничего не сказал, но у меня почему-то сжалось сердце. То есть приятно до безобразия. Человек предлагает помощь и так… обнимает.

– Я поняла, – сказала куда более хриплым голосом, чем хотелось.

Волшебные объятия Лешека исчезли, зато в плечо тут же вцепились коготки Бецика.

– Я голоден! – заявило летучее недоразумение и намекнуло: – А Дорота никогда не пьет чай без… без ничего. Ну идем же на кухню!

Лешек усмехнулся, качнул головой.

– Идем.

Пока нас вели на кухню, я пыталась понять, какие отношения все-таки были у Алины и Лешека. То ли он безнадежно влюблен, а она не отвечала взаимностью, то ли все только начиналось…

Очень странная пара. И приятно, что, оказывается, такой красавец готов помогать, и в то же время это несколько странно. Как там сказала Дорота? Друг детства и сосед, так-так.

Кухня оказалась уютной и просторной. Вопреки моим ожиданиям увидеть какие-то ведьмовские горшки, пестики и травы, взору открылись светлые шкафчики, плита, вытяжка, духовка, деревянная мебель. Чистенько, свежо, приятно.

Правда, вот на столе с фруктами и специями стоит какой-то подозрительный казан, в котором можно сварить Бецика, но об этом я подумаю потом.

Нас снова ждал кофе, ароматный и чудесный. А еще пирожки с разными начинками, настолько свежие и хрустящие, что вмиг захотелось позабыть о всяких диетах.

Едва мы сели, как Лешек неожиданно спросил:

– А вы уже получили приглашение от Князя Претемных?

Я покосилась на Дороту. Мол, чего молчишь? Не видишь, ем я, ем! И вообще память взяла вещи и уехала в Гонолулу.

– Получили, – сказала она, опустив взгляд. – Алиночка, помнишь, как ты тогда побледнела сильно, а Вислава выхватила у тебя приглашение из рук и чуть ли не в пляс пустилась.

– Стерва, – вырвалось у меня.

Лешек и Дорота уставились на меня, будто я сказала, что хочу Бецика в мужья.