– Нира, – позвала я горничную, – вели отправить это эру Корсту. Сразу после нашего с Мэди отъезда.

– Хорошо. – На ее лице отразилось сочувствие. Забрав письмо, девушка спрятала его в кармане платья и снова принялась паковать мои вещи, приговаривая между делом: – Полусапожки тоже пригодятся. И кашемировый костюм. А что со шляпками?..

Ответить я не успела.

Дверь открылась, и в комнату вошла мама. Окинув взглядом комнату, она остановилась на мне и постановила:

– Пора.

– Мы еще не…

– Марианна, отец спалил контракт, который готовил для эра Свирта. И черновики к нему тоже. Остались какие-то первые наработки, но, насколько я поняла, ситуация не очень хорошая.

Я почувствовала, как кровь отлила от лица. Надо же было ворваться к отцу в кабинет и так его довести! Он про этот контракт несколько месяцев говорил…

– Нира, закрывай чемоданы, – велела я, – хватит и этого!

– Но…

– Хватит!

Горничная бросилась закрывать замки, а я – судорожно соображать: что еще забыла? Ничего не шло в голову: жгучая обида застилала глаза слезами, даже руки слегка дрожали от смятения и неверия в происходящее.

– Идем, Мари. – Мама подошла и обняла меня за плечи. – Не волнуйся, все уляжется. Папа несколько дней будет злиться, но потом перегорит, ты же знаешь.

– Знаю.

– Тогда улыбнись, милая. Что плохого в поездке к Буджерсам? Многие девушки жизнь положили бы за возможность оказаться во дворце и увидеть принца, а ты будто на виселицу собралась.

– Мама, я обручена. – Посмотрев на нее, покачала головой: – Папа не имел права разрывать нашу с Яном договоренность. Только не так. А Буджерсам нужна спокойная девушка, которая почтет за честь рожать наследников и улыбаться любовницам принца. Это унизительно.

Мама обняла меня, поцеловала в щеку и тут же осторожно стерла след от помады.

– Послушай, – сказал она, – если Ян действительно… заинтересован в браке с тобой, то, получив отказ от твоего отца, он получит необходимую встряску. И потом, сейчас я скажу тебе сплетню, которую мне рассказала эра Тинт, а ей… Неважно кто, но доверять ей можно на восемьдесят девять процентов. Так вот! – Мама махнула рукой, образуя вокруг нас полог тишины, и прошептала заговорщицки: – Говорят, весь этот «отбор» невест – только дань обычаям, чтобы флоиришианцы не начали возмущаться. На самом деле принц уже выбрал даму сердца, и она будет среди вас.

– Быть не может! – Я округлила глаза.

Мама загадочно улыбнулась:

– Говорю тебе, там все продумано. Конечно, некоторые девушки, из тех, что приедут в замок, попытаются стать избранницей Максимилиана, но все будет зря.

– Это же замечательно!

– Вот именно. – Мама чуть сжала мои плечи. – Поэтому поезжай и будь там собой. Улыбайся, развейся. Ян, увидев тебя среди остальных невест, умрет от ревности и тут же назначит дату свадьбы, а папа к тому времени отойдет.

– Я тебя люблю! – Теперь уже я бросилась обнимать маму. – Ты – просто чудо!

– Знаю. А теперь поезжайте!

– Стыдно, – выразила мои мысли одним словом Мэделин, глядя в потолок нанятого экипажа. – Приедем во дворец среди ночи… в этом.

Я устало вздохнула. Желания оправдываться не было, просто поддерживать беседу – тоже.

– Почему мы не могли воспользоваться магобилем? – не унималась сестра. – Отец так волнуется о своем честном имени и совсем не понимает, сколько сплетен будет, когда мы явимся к Буджерсам вот так! Будто родители только и ждали момента, чтобы избавиться от единственных дочерей!

– Мы не можем запретить людям думать, – ответила ей сидящая напротив съерра О’Нил, – так зачем тогда волноваться? И потом, мне кажется, вы упускаете еще один важный момент.

– Какой?

– Не думаю, что мы единственные приедем ночью.

Мэди нахмурилась, а я, чуть поразмыслив, улыбнулась:

– Еще бы! Это ведь шанс первыми привлечь внимание принца.

– Вот именно, – съерра кивнула, перенесла магический светляк ближе и, осторожно расправив нитку, продолжила вывязывать замысловатый узор.

– Еще хуже! – Мэди закатила глаза. – Теперь они решат, что мы просто горим от нетерпения показать себя! Это так унизительно.

– Хватит стонать, – я повернулась к сестре, – можно подумать, нас сослали на каторгу, а не во дворец. Разве не все равно, что они подумают? Вот Ян…

– Ах, ну конечно! Корст будет волноваться, куда же девалась его ручная невеста?

– Что значит ручная?

– Как обезьянка в цирке. Одомашненная, приученная к рукам! Все тебе нужно объяснять по пять раз…