– На магию я бы на твоем месте не рассчитывал, - сказал Корхан. — Её разбирают и учатся противодействовать любые маги. Для них это зачастую хобби. А уж у древнего бога возможностей побольше будет.

В голосе слитого леса на миг промелькнули нотки отчаяния:

– Не важно. Мне нужно всего лишь протянуть как можно дольше, до той поры пока Кореллон, упившись очередной раз в Вакха, не утратит внимание. Еще мне понадобятся поставки вашего горного льна. Я не понимаю, как вы делаете комбинированные материалы, но готова давать взамен живые нити для создания живой жаростойкой ткани. Ваша нить хоть и жаропрочная, но слишком быстро изнашивается из-за никчемной основы.

Я потер ладони и сказал:

– Так, «странная магия» и живые нити. Похоже действительно есть смысл поговорить подробней!

Эльфийский лес оказался жмотом. Нет, даже не так, а ЖМОТОМ. Лебелеэль всеми силами пыталась получить все и не дать взамен ничего. Когда эльфы-манипуляторы выкатили из зеленой мглы, окружающей площадку, внушительную телегу, у меня так и ёкнуло: «что-то тут не так», а когда заглянул под истлевшую мешковину, накрывающую груз, то не удержавшись чертыхнулся. Это ж надо! Выкатить за уничтоженных огогоней целую телегу… тележных же колёс! И даже вытянувшееся от такого «приза» лицо Корхана, не компенсировало досаду.

Видимо на этот лес очень повлияли столетия индивидуализма, ведь не могли слившиеся воедино эльфийки древнего леса образовать такое жадное существо! Впрочем, о лесовиках женского пола мы мало что знаем, разве что присказку что де «все леса разные». Но, продолжая мысль, я чувствовал откровенный когнитивный диссонанс в стиле: ум за разум, настолько непростой оказалась попытка объединить в сознании лещину — производительницу лесных орешков и жадность.

Эта чертова мысль, занозой засевшая в мозгу очень мешала соображать варианты. Я не находил точки опоры в переговорах со слитым эльфийским лесом. Так наверное чувствовал бы себя человек с рычагом и домкратом, от которого потребовали «приподнять уровень пруда». Ассоциации уносили меня в сторону: «бросить инструменты, расстегнуть ширинку и… повыситьуровень жидкости именно так», поэтому не удивительно что я раздражено обернулся, когда Кассиди легонько коснулась моей спины, сказав:

– Горн, зайди с другой стороны. Этот лес развивался без общения. Поэтому торговаться как обычно не имеет смысла — у него ведь нет элементарных понятий сути торговли.

– Ну, преподай тогда, - сказал я сдержанно и отошел в сторону. Эльфы же, видимо повинуясь первоначальным приказам от «сердца» покатили скрипящую телегу за мной. Макс же, гнусно улыбаясь, словно подчеркивал абсурдность ситуации, еще и присел на ее краешек, прокатившись пару метров. Я сделал глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки, подпрыгнул и устроился рядом с ним. Дроу поболтал ногами, а затем ткнул мне в бок кулаком сжимающим горлышко бутылки и сказал с сочувственной ехидцей, (не думал что такое сочетание вообще возможно, но поди ж ты!):

– Чорния ресница. Неплохое вино. Дает пятнадцать единиц мудрости на час. Не бог весть что, но может пригодится. Торговля завязана на словах и фразах, но игровые разум и мудрость тоже влияют, хоть и косвенно.

Пора привыкнуть уже к ухмылке Макса, да перестать ее считать непременно «гнусной». Такой уж он просто есть, а окраску моим эмоциям придает память. Впрочем, та же память заставляет морщиться, вспоминая самого себя «образца месяц назад», так что в общем-то топ-менеджера сложно винить за тогдашнее ко мне отношение.

Я поболтал бутылкой, что тут же расцвела счетчиком порций 5\8???, доложив о том, что она початая, а когда знаки вопроса возникшие в описании не пожелали разворачиваться, проговорил:

– Не простая смотрю бутылочка.

– В тару «скрытень» вмонтирован. Специфика темных эльфов, для которых содержимое инвентаря соседа как на ладони. Получив предмет в руки, каждый дроу это заклятие на автопилоте снимает:

– Дебафф у вина есть какой?

– Минус та же пятнашка ловкости, - ответил Корхан, - ну да ловкость нужна при освобождении чужих карманов, при торговле же она не влияет даже косвенно.

Я вернул бутылку и отодвинулся подальше, заглянув в интерфейс, не спёр ли у меня что-нибудь темный князь мимоходом. Намекает ведь кажется, хоть и не солидно для его ранга… Конечно спёр!

– Спасибо, уж как-нибудь сам справлюсь, - я пошевелил пальцами в воздухе и добавил, - не то что мне уж очень жалко пучок перьев коршуна, но предпочитаю их все-таки продать.

Коран хмыкнув кивнул, на его ладони появились искомые перья и сказал:

– Не расслабляешься. Не только количество слотов пустых в инвентаре отмечаешь, но и помнишь, что там лежит. Но привыкай запоминать и числа. Вот было у тебя восемнадцать малых зелий маны на сотню единиц собранных в один слот, а осталось лишь шестнадцать.

Я усмехнулся, посмотрев на появившиеся в его ладонях синие пробирки:

– Легостаев в своем репертуаре. А я ведь только совсем недавно начал понимать, что ты вообще-то всегда, хоть и с оскорбительными ужимками, пытался меня учить. Оставь, тебе мана нужнее.

Дроу отвернулся, дернув плечом и пробурчал:

– Не перегибай мнение. Я считал, что ты безнадежен, поэтому учение может и было, но невольно и редко… Давай Кассу лучше послушаем, вообще не помню, чтоб она хоть раз так на переговорах влезала с идеями.