Сабо всерьез задумался. Минут пять в конференц-зале стояла полная тишина. Ричард не мешал Нику размышлять и не торопил, он опасался, что любым неосторожным словом или действием может спугнуть того, кто способен принести огромное состояние. Внезапно Ник вынырнул из размышлений и спросил:

– У вас на самом деле есть искин?

– Да, Ник, – кивнул Ричи. – Но это строго секретная информация.

– Тогда я согласен! – с энтузиазмом ответил Ник Сабо. – Где еще я смогу получить доступ к искину… Да, я согласен, мистер Гросвенор. Давайте обсудим раздел долей в цифровом золоте.

– Битголд? – вопросительно приподнял брови Ричард. – Хорошее название, мне нравится. Но думаю, больше подойдёт биткоин…

Лето для обычного школьника – время отдыха. Студенты Хогвартса тоже предпочитают целых два месяца проводить за играми и ничегонеделанием. Но у Ричарда за весь июль не было ни единого свободного дня. Крупный бизнес требует к себе трепетного внимания, а уж если хочешь спасти мир от апокалипсиса, то и вовсе становится не продохнуть. Но это не отменяло того, что Ричи был школьником. Из этого следовало, что нужно сделать домашнюю работу, заданную преподавателями на каникулы.

К своему дню рождения Ричард кое-как разобрался с наиболее важными делами.

Гарри Поттер уехал со Скоттом в Шотландию. Можно было подумать, что они отдыхают, но нет. Скотт продолжал поиски Сириуса Блэка, он пытался найти любые зацепки, например, в настоящий момент Поттеры пребывали в Хогсмиде и опрашивали всех волшебников.

Скотт всерьез воспринял угрозу для племянника, поэтому таскал Гарри с собой по всей стране, заодно передавал ему премудрости работы детектива и подключал к расследованию. Волшебники с радостью делились со знаменитым в их среде героем почти любыми сведениями, чем беззастенчиво пользовался детектив. Гарри в силу юного возраста и авантюрной жилки воспринимал все, как приключение, поэтому от путешествий в компании дяди получал огромное удовольствие.

День рождения Ричарда на этот раз прошел гладко и спокойно. Никаких волшебников, если не считать телохранителя и Джастина. Гарри по магофону поздравил Ричарда и с сожалением сказал, что не сможет приехать, поскольку будет праздновать свой день рождения в компании дяди. Мальчики совами выслали друг другу подарки.

Празднование дня рождения Ричарда проходило скромно, в узком семейном кругу: каких-то два десятка аристократов, что для подобного мероприятия пустяки.

В начале августа у Ричи, наконец, руки дошли до домашней работы. На целую неделю он выпал из жизни.

Вскоре пришло письмо из Хогвартса. Ричарду не хотелось идти в Косой переулок. Тем более после целой недели, проведенной за писаниной, у него накопилось много важных дел в офисе. Поэтому Ричи послал сову Артуру Уизли с просьбой купить ему книги и ингредиенты по списку. К письму приложил мешочек с галлеонами. Ричард рассудил, что Артур всё равно с семьёй пойдёт в Косой переулок. Какая ему разница – купить все в пяти экземплярах или в шести, тем более сделать одолжение для босса…

В этом прелесть владельца крупного бизнеса – тебе не нужно делать все самому, более того, это даже противопоказано. Нужно уметь подбирать руководящий персонал, грамотно отдавать приказы и контролировать их исполнение. А мантии можно купить попозже, когда появится свободное окно в загруженном графике. Уж что-что, а подбор одежды Ричард не был готов доверить никому. К тому же он собирался заказать у Малкин еще одну партию нижнего белья из шерсти единорога для себя и отца, а еще носки и подобие термобелья из нее же (подштанники и кофта наподобие футболки с длинными рукавами) и прочие мелочи.

Разделавшись с домашней работой, Ричи отправился в Баттерси на юге Лондона. Здесь, на южном берегу Темзы, располагается недействующая угольная электростанция "Баттерси". Она состоит из двух крупных объектов. Первый из них – "Станция А", которая была построена еще в 1933 году и закрыта в 1975 году. Второй – "Станция Б", она была введена в эксплуатацию в 1953 году и закрылась в 1983 году. До сих пор электростанция списана и ожидает реконструкции. С высокой вероятностью обе станции могли бы ждать реконструкции еще лет тридцать-сорок, а то и все полвека.

Обе станции были выполнены в одинаковом дизайне, обеспечив хорошо известную четырёхтрубную планировку, то есть строение в виде прямоугольника, по углам которого, будто башенки замка, торчат огромные трубы. Здания выполнены из кирпича, стены получились очень толстыми. За долгое время простоя у обоих строений не осталось ни одного целого окна.

Ричард в составе экспертной комиссии ходил по заброшенным станциям. Главным среди экспертов выступал Джон Уикхейм – один из заместителей министра энергетики.

Мистер Уикхейм был огромного роста, добрых два метра. Худой, при этом спортивный и подтянутый. Рядом с ним Ричард со своим ростом в метр сорок казался совсем маленьким. В свои пятьдесят лет Джон в целости сохранил шевелюру, его волосы были густые, но абсолютно седые. Лицо избороздили ранние морщины. Блеклые голубые глаза замминистра с живым интересом рассматривали останки станции.

Ричард вежливо спросил у сопровождающего:

– Что скажете, мистер Уикхейм?

– Строительные эксперты говорят, – начал отвечать замминистра, – что состояние стен близко к идеалу. В то время строили на века. Вы только посмотрите, Лорд Гросвенор, стены станции толщиной три фута и три дюйма (от автора: один метр или четыре кирпича)!