— Понятия не имею. Неужели, хотите рассказать?

— Никакого секрета в этом нет. Мы просто выяснили, что люди без прошлого лучше приспосабливаются и легче воспринимают свою миссию. Но есть один недочёт: все вы рано или поздно начинаете сами находить разумных и привязываетесь к ним, а потом, потеряв, вините во всём нас… Но мы здесь не для того, чтобы обсуждать твои проблемы. Мы здесь, чтобы кое что тебе предложить.

— И что же это? Снова кого-то убить?

— Нет, скорее, присмотреть за начинающим коллегой. Видишь ли, количество смертей среди новичков в последнее время возросло, а вы — ресурс очень трудновосполнимый. Оттого и ценный. Далеко не каждый разумный сможет справиться со своей задачей, да и психика просто может не выдержать.

— Это нужно сделать прямо сейчас?

— Нет. В недалёком светлом будущем.

— Ну, допустим, я соглашусь…

— Конечно, ты потребуешь что-то взамен. Мы уже знаем, что ты сейчас собираешься сделать. Мы даже согласны пойти в будущем на некоторые уступки…

— Да?

Мне показалось, или они синхронно усмехнулись?

— Проклятие разнится от героя к герою: у кого-то оно срабатывает быстрее, у кого-то проклятый становится более агрессивным и так далее. В твоём случае оно похоже на заразу — будет переходить от разумного к разумному… Крайне неприятный тип.

— А остановить распространение или вовсе не допустить его возможно?

Ответил Свет:

— Да. Пометь светом, тех, кто подцепить его не должен и всё.

От этого голоса по телу пробежали неприятные мурашки. Давно уже его не слышал. Неприятно как-то.

— Всё так. Но учти, то, что ты собираешься сделать — будет на грани. Мы закроем на это глаза, но нашу просьбу ты должен будешь выполнить.

— А куда я от вас денусь? Вы ж оба… обе… вдвоём у меня в башке сидите.

Из-за спины раздался знакомый голосок:

— Ага. И хрен ты от нас отделаешься.

Две пары женских ручек нежно обняли меня с обеих сторон и… я проснулся. Катрина так и лежала под боком, чуть приоткрыв рот, открывая вид на беленькие острые клычки.

— Какая прелесть.

Она что-то промычала, после чего прижалась ещё сильнее. Тем временем в щель между ставнями уже пробивались лучи рассветного солнца. Я принялся расталкивать спящую суккуба:

— Подъём.

Снова сонное мычание.

— Вставай, пора собираться. Давай! Нам торопиться надо!

Эта наглая моська очень неохотно отлепилась и, сев на кровати, начала миленько тереть сонные глазки. Кончик хоста, тем временем, недовольно стучал по кровати. Я же решил не любоваться открывшимся зрелищем, а принялся одеваться. С недовольной миной она последовала моему примеру.

Минут через десять мы уже сидели и уплетали лёгкий завтрак, обошедшийся нам в одну медяшку и состоящий из омлета, гренок и пары огурцов. Из напитков был вишнёвый компот. Кислый жуть, но заходил, тем не менее, очень даже неплохо. Вскоре в заведение стали заходить люди в доспехах и с оружием на поясе. Пока они проходили к барной стойке, мы оперативно прикончили свои порции и покинули помещение, направившись к конюшне.

Спустя ещё пять минут мы уже ехали на коне в сторону выхода из города. Выпустили нас без особого осмотра и вопросов. Я отнюдь не лелеял надежд о том, что инцидент с работорговцем останется незамеченным, но, видимо, новость начала своё распространение недавно, раз ещё всё подряд не перекрыли.

Нам предстоял долгий и трудный переход, длиною в день. Проблему представлял лес, который нам необходимо было преодолеть. Особых трудностей, однако, не возникло — я прекрасно чувствовал коня, что позволяло своевременно давать ему сигнал о приближающемся препятствии и преодолевать его.

На опушке нас встретили эльфы салютом из стрел в нашу сторону. Ни одна из них не попала в цель, видимо, выстрелы были предупредительными.

— Стоять! Руки вверх!

— О! А вот и гуки на деревьях.

Катрина моментально заинтересовалась новым словом:

— Кто?

— Эльфы. Вон сидят.

Я взглядом постарался указать на места, где заметил пару рож с обрезанными ушами. У некоторых, правда, они всё же были не тронуты. В руках у каждого было по заряженному луку. Морды напряжённые, глаза злющие, руки так и чешутся отпустить тетиву, чтобы стрелы вошли пришельцам промеж глаз, но, видимо, мы ещё не пересекли некую условную линию, за которой и начинается огонь на поражение.

— Вы кто такие? Вас не звали!

— Не звали, но и нахуй мы не пойдём, потому что есть дело чрезвычайной важности в столице.

Один из них чуть высунулся и выкрикнул:

— И какое же?

— А ты подойди, я тебе на ушко скажу.

— Оскорбить меня хочешь?

— Нет! Что ты! Я сама серьёзность!

Сказал я, а сам еле держался от того, чтобы не заржать. Глянул назад: суккуб наблюдала за представлением широко открытыми от любопытства глазами.

Эльф встал и, хоть и аккуратно, но всё же подошёл. Я наклонился к нему, свесившись с коня и, когда расстояние между нами стало минимальным, сказал: