Поэтому в очередной раз после тренировки (от разгрузок нас Якут наконец освободил), я сидел в задумчивости у окна и глядел, как небо роняет перемолотую мелкую крупу снега. Тот, правда, таял быстрее, чем достигал земли, но тонко намекал — зима близко. А значит, скоро наступят экзамены и, прости господи, бал.

— Дай угадаю, ничего не придумал, — подошел ко мне Байков.

— Почему? Придумал. Попросить Потапыча мне ноги переломать, тогда и идти никуда не придется.

— Я бы с радостью, — подал голос банник, появившись на кровати. — Да только хозяину вред причинить не могу.

— А пакостить это запросто? — сурово спросил я. — Мы с тобой вроде по поводу комнатной температуры договаривались.

— Я свое слово держу, — пафосно заявил Потапыч, — я запомнил даже. Как там… «держать температуру в избе станет комфортную для человека».

— Это разве комфортная?

— Не сказано же было, какого именно человека. Для арапов в ихней Африке вполне подходящая.

— Ах ты, гад!

— Да ты не распаляйся, — пропал из виду Потапыч. — Я ж просто самогоночку гоню. Как закончу, прохладнее будет. Ненамного.

Я посмотрел на Байкова, который хоть и молчал, но его буквально распирало. Того и гляди, сейчас лопнет.

— Ладно, не держи в себе. Что сказать хочешь?

— Я же говорил, — удовлетворенно выдохнул Димон. — С банником одни проблемы. Их не так-то просто приструнить. Так вот, по поводу ног тоже не вариант. Надо в любом случае ответить согласием или отказом.

— Так я всех приглашу. А потом заболею. Чем-нибудь серьезным, но не смертельным.

— Не получится. Как ты думаешь, почему нашего долговязого друга сейчас нет?

— Кстати да, почему? Скоро отбой уже, а он все шляется не пойми где.

— Рамик имел неосторожность рассказать паре одноклассников, что тебя пригласило целых три девушки. Ведьма, высокородная и красавица из вашего клуба. Ну, и теперь об этом знает почти весь первый курс.

— Рамиль! — я сжал кулаки.

— В его защиту хочу отметить, что он тобой даже восхищался.

— Мне от этого не легче. И что теперь делать?.. О, знаю.

Я достал терновскую монету и продемонстрировал Байкову.

— Вот! Никогда не подводила при выборе решений.

— Ты серьезно? — Димон так выпучил глаза, словно его кипятком ошпарило. — Боюсь спросить, кто будет ребром?

— Орел Терлецкая, решка Тихонова, ребро Зыбунина. Нет, решка Зыбунина, ребро Тихонова.

— Ну хоть с одной кандидатурой мы определились, — мрачно подытожил Байков.

Я подкинул монету, выставил ладонь и… ничего не произошло. Точнее, произошло. Она исчезла в воздухе. Зато раздался противным и довольный смешок банника. Вот почему он мне все портит?

— Потапыч, гад, золото верни!

— Нельзя быть таким жадным, — буркнул банник, но из пустоты прямо в лоб мне прилетела монета. Отскочила и покатилась по полу.

— Мы результаты какие будем считать. Которые на лбу или на полу? — вкрадчиво поинтересовался Байков.

— Да прав ты, фигня, а не метод. Только делать что?

— Возьми три листка, на каждом напиши достоинства и недостатки кандидаток. Потом возможные выгоды и ущерб. Уже после принимай решение. А я лучше пойду руноведение почитаю. Сдается мне, легким экзамен у Козловича не будет.

Я последовал совету Байкова, и на столе появилось три белоснежных листа бумаги. Итак, начнем с конца. Значит, Тихонова. Я, не задумываясь ни секунды, вывел: «красивая» и впал в ступор. На этом мои познания о девушке заканчивались. Это что, все плюсы? Ладно, минусы: у меня в недругах будет аристократка и ведьма. Да уж, такой себе выбор. Значит, действительно все намного проще, чем я думаю. Выбирать надо не из трех, а из двух.

Итак, Зыбунина. Симпатичная, добрая, справедливая, много мне помогала, сильный маг, точнее ведьма. Что еще? И я ей задолжал, если быть откровенно.

По Терлецкой все проще и сложнее. Начнем с того, что она мне нравилась. Также, как и Тихонова. Я даже захотел вернуть последнюю в игру, но увидев единственное слово под именем Вики, отложил листок обратно. Дружба со Светой действительно может открыть многие двери, а вот ссора напротив, закрыть. Она мне помогает, впрочем, и я ее выручил. Значит, один-один. Ну, и самый главный минус, если я приглашу Терлецкую, то, таким образом, открыто брошу вызов Куракиным. Как я понял, не только молодому дурачку, а всей семье. Со слов Байкова, выходило, что этот брак задуман не просто так. Расчет там самый серьезный.