Но Грегори не испугался угроз, отвел ее руку. Осторожно положил орудие убийства на асфальт. Держа за длинное топорище, стал продвигать его вперед, под сыпавшиеся слепые удары. Асфальт, земля, деревянная обшивка дома - все было слишком мягким. Пока, наконец, один из ударов не пришелся по топору.

Стекло по металлу - это был явно новый звук. Скунс насторожился. Замер. Подвинулся ближе. Хряснул по топору изо всех сил.

Банка разлетелась.

На секунду открылась перемазанная майонезом мордочка, обезумевшие глаза, задыхающаяся пасть.

Еще секунда - и освобожденный зверек исчез в темных кустах.

Как они поздравляли Грегори с победой! Сравнивали его с Эдисоном, с Ньютоном, с хитроумным Одиссеем! Жалели, что спасителя нельзя прославить в печати и в эфире (все же - беглый и блудный сын). Жалели, что не догадались сфотографировать майонезного узника Стеклянной Маски (кто им поверит теперь!).

– Какой чудный трюк для рекламы!
– восхищался Кипер.
– Его можно было бы продать майонезной корпорации. Да и не только майонезной. Любое варенье, сметана, йогурт. Три енота залезают ночью в продуктовый магазин. И через некоторое время выходят оттуда один за другим. И у каждого голова - внутри банки из-под малинового джема. Фирменный ярлык производителя, конечно, крупным планом. Как только получу новую работу, пущу в дело этот кадр. При нынешней технике монтажа нет никакой нужды мучить зверей, запихивать их головы в банки. Все можно сделать на монтажном столике.

Освобождение скунса всех необычайно взбодрило. Впервые за эти дни безработный Райфилд проснулся полным энергии, надежд, планов. Решил начать день с покоса лужайки. Вышел на крыльцо теремка, окинул взглядом свое королевство. Нагретый утренним солнцем кот подошел и потерся о его ноги. Птицы чирикали и пели о своих любовных приключениях. Красный шнур газонокосилки бесшумно струился в зеленой траве. И полицейская машина подкатила к дому тоже очень мирно, бесшумно, приветливо.

Первой мыслью Кипера было: кто-то из соседей пожаловался на ночной шум. И он пошел навстречу стражам закона с улыбкой. Сочиняя рассказ о ночном происшествии, заранее предвкушая их изумление и недоверие. Жизнь порой фантастичнее любого романа. Уж полицейским ли этого не знать?

Но оказалось, что нет - никаких жалоб на шум не поступало.

Нет, никакого сержанта Ярвица приехавшие не знают и никаких поручений от него не имеют.

Нет, они не разыскивали убежавших подростков, не интересовались ни беглыми мужьями, ни двоеженцами, ни неплательщиками налогов.

Единственное их задание - вручить мистеру Райфилду письмо-извещение из конторы шерифа графства. Вот здесь - распишитесь, пожалуйста.

Полицейские уехали.

Кипер остался стоять посреди некошеной лужайки. Усыпанный пятнами солнечного света с головы до ног. Вчитываясь в прыгающие строчки письма.

"Сим извещаетесь... в соответствии с законом 1963 года... штатной легислатурой... и постановление суда о неуплате долга фирме "Супермотор кредит"... контора шерифа провела аукцион... ваш дом был продан... вырученная сумма отправлена кредитору... Предписывается освободить дом в течение десяти дней... в противном случае помощникам шерифа предписано выселить..."

Кипер задумчиво вернулся в теремок. Неся письмо на вытянутой руке, как змею. Эсфирь и Грегори подняли головы от яичницы, смотрели на него с тревогой.

Он помотал головой - "после, после". Поднялся к себе в четырехсветный кабинет, набрал номер телефона.

– Ларри?.. Вы можете объяснить, что происходит? Мой дом был продан с аукциона... За пятьсот шестьдесят один доллар и сорок восемь центов... Кем, хотел бы я знать. Кому?.. Все это, конечно, дурная шутка. Но кто стоит за ней?

Судья Ронстон сказал, что сможет уделить им несколько минут только в конце рабочего дня.

Однако они не теряли времени даром.

Они начали с конторы шерифа.

– Конечно, все это нелепая ошибка. Но я им покажу!
– грозил Ларри.
– Они ответят за свое самоуправство. Мелкопоместные тираны! Разбойники, дорвавшиеся до власти. Воображают себя всесильными. Будут писать у меня объяснения генеральному прокурору штата!

Но старый шериф ничуть не испугался его угроз.

Да, аукцион был проведен по его распоряжению. Да, в полном соответствии с законом.

Да, объявления о нем были даны в прессе положенные четыре раза. Ах, вы не читаете местные газеты? Ничем не могу помочь. В центральных объявления стоят слишком дорого.

Да, извещение об аукционе было послано мистеру Райфилду на дом. Ах, он пересылает все юридические документы своему адвокату? Так пусть адвокат пороется в своих залежах. Возможно, оно до сих пор там валяется.

Нет, никто в его конторе не собирался наживаться на продаже чужих домов. Дело шерифа - выполнить постановление суда и покрыть задолженность мистера Райфилда фирме "Супермотор кредит". Да, те самые 561.48. За эту цену дом и был выставлен на продажу. Шериф не виноват в том, что на аукцион явилась всего одна пожилая пара, мистер и миссис Билдерсман. И не было никого, кто готов был бы предложить более высокую цену. Поверьте, присутствовавший там помощник шерифа с удовольствием купил бы этот дом и за тысячу, и за две, и за десять. Вот это и было бы нарушением закона. Использованием служебного положения. Слава Богу - этого не произошло.