Бергхемский тракт проходил где-то в десятке километров от Этрия, «шоссе» Хогрэйн-Анройн на пару-тройку километров дальше. Упомянутые дороги соединял мощеный проселок с великолепными каменными мостами, благодаря которому город, пожалуй, и жил.

Старый город видимо погубила толи ушедшая в другое русло, толи специально отведенная от него река, долина которой четко выделялась на местности до сих пор. Может быть, потом и конкуренты добили, не знаю, много столетий прошло с тех пор. Но комплекс зданий храма Хелы, точнее комплексы храмов Хелы и Тира на сопках эти века пережили. Уж больно хорошо сочетались они своими архитектурными решениями между собой и плохо — с городскими постройками. Их основной частью.

В городишке мы естественно ночевать не стали, провели разведку наблюдением города и окрестных деревень и пообедали в придорожном трактире.

Трактир «Бойцовый петух» был точным отражением Этрия — сонной средневековой пивнухой, лучшие дни которой давно миновали. Пиво в нем подавали весьма среднее, говядина была слишком жесткой, а пшенная каша хоть и не подгоревшей и славно сдобренной топленым маслом, но почему-то недосоленной. Из местных в общем зале сидели три поддатых мужика непонятной профессиональной принадлежности — толи лесорубы, толи лесные дорожные мытари, так что разговорить было банально некого. Сомнения киллера я разрешил жестом — «не стоит терять время». Ценную информацию из алкашей он бы вытянул вряд ли, а вот привлечь к моей группе ненужное внимание мог запросто. Исходя из банального здравого смысла, настоятель храма Хелы как координатор бизнеса по устранению мешающих клиентам фигур не мог ни иметь конфидентов в городе и окрестных деревнях. Их наличие снимало для него от 70 до 90 процентов возможных проблем, так что я предпочел закосить под путешествующего по своим нуждами дворянина со свитой и брать храм на шарап. Это было явно оптимальным вариантом. Для такого дела можно было и по ночному лесу пробежаться.

Искать в лесу источник воды не было времени и смысла, поэтому я, отъехав от Этрия километров на пять, свернул в лес у первого же ручейка.

Останки погибшей цивилизации тут уже не встречались. Возможно, что к лучшему. Окруженная растущим из земли скальником практически ровная площадка для отдыха небольшой группы всадников подходила идеально и даже периодически использовалась знающими о ее существовании путешественниками. Иначе истолковать импровизированную коновязь и обнаруженное в каменном закутке кострище, размытое сошедшим снегом, было довольно сложно. В общем, все, о чем нам требовалось побеспокоиться, это чтобы разведенный для обогрева костер не выдал группу дымом и запастись водой с ручейка. Времени было навалом.

По понятным причинам все кнехты участвовать в нападении не могли. Кому-то нужно было охранять лошадей и не нужное при штурме имущество. Да и ни к чему было там много народу. С огнестрелом и извлеченными Иванычем из загашника десятком килограммов пластита, мы, не то, что спящий дом, или даже укрепленную дворянскую усадьбу, замок что поплоше захватить могли не напрягаясь. Кнехты требовались только чтобы разведку вести и спину прикрыть. Троих для этого было достаточно, четверых как раз, еще двоих я решил оставить при лошадях.

На выход вкупе к Иванычу я решил взять Уллера, конечно же Дэрта и после небольших размышлений Чербу, веру в меня этого неофита требовалось подкрепить. Сей неглупый кулачок в будущем мне здорово пригодится. Тому же киллеру нужен был напарник, нейтрализующий его недостатки. Ту же излишнюю импульсивность, например.

Стемнело. Я сидел на брошенном под жопу седле, грел руки глиняной кружкой с чаем и размышлял в кого этот мир меня превратил сейчас, и в кого же я превращусь в будущем. Что делать? Зарубить ли старуху процентщицу или обложить ее данью — вот в чем вопрос, вот в чем блять заморочка! Не стоит ль быть отбуцканным судьбой, иль стоит дать ей оборотку! Ну или что-то типа того. В общем, когда перед нашим костром появилась сопровождаемая одним из часовых и парой здоровущих одоспешенных жлобов симпатичная девушка в темной короткой курточке с рысьей оторочкой и шапочке того же меха в цвет своим волосам, я, занятый своими мыслями даже не сразу ее заметил.

Однако, когда заметил, стати красавицы я оценил с первого взгляда. Они были весьма заметными, размера этак четвертого. Штанишки девицы ножки плотно не обтягивали, но это их не портило, с целлюлитом у нее явно проблем не было. Как и с деньгами, альвийский меч дамы был под стать ее ножкам.

— Этрий в четырех лигах! — скупо улыбнулась нам с Иванычем незнакомка. Возраст дамы при имеющемся освещении определить было сложно, ей было от двадцати двух до тридцати. Не точнее.

Жлобы хмурились. Вооружены они были явно вышедшими из-под молота одного кузнеца «бастардами» и защищали свои могучие телеса нашивными крупнопластинчатыми панцирями, похоже, что тоже закупаемыми (или изготовляемыми) централизованно. Хорошие воины, уже потому как легко и почти бесшумно они двигались, это было понятно. Но не против огнестрела, который у нас с фером Вальгердом с некоторых пор всегда был под рукой.

— Хотите нас проводить? — меланхолично спросил я, с почти что настоящим наслаждением отпив глоток чайку.

Что мне еще оставалось? Какая вероятность случайной встречи группой вооруженных людей благородной дамы в сопровождении пары телохранителей в ночном лесу в пяти верстах от провинциального городишки? Правильно, нулевая. Даже если не она нас найдет, а мы ее.

С хозяйским таким интересом рассматривавшая нас с Иванычем дама нахмурила брови.

— Нет? — опередил ее я. — Тогда может быть чаю?

Девушка огляделась по сторонам. Мои кнехты незваным гостям рады не были.

— Они не кусаются! — покачал головой я.

— Вы уверены? — полный иронии голосок напоминал своим тембром Патрисию Каас. Но не думаю, что наша гостья портила его сигаретами.

— Безусловно! — ожил шпик. — Будет ли нам позволено узнать имя красавицы, что подобно солнцу рассеяла тьму наступившего вечера?

Красотка слегка поморщилась, прежде чем фыркнуть.

— Зовите меня леди Йенна.

— Леди Йенна? Необычное имя для этих мест! — технично так подержал его на языке Иваныч, старый ловелас. — Я фер Вальгерд ден Сигборн, справа сидит мой старый друг фер Вран ден Гарм, с некоторых пор ан Бойген.