Мой отец любил смотреть «Даллас», и перед своей смертью Джей Ар действительно начал мне нравиться.

— Гельмут, с твоей стороны было бы глупо отклонить это, даже не обдумав, — сказал король Калеб.

— Мне это не нравится. Ты хоть задумывался о последствиях?

— Последствия неизбежны. Мы защищены Стеной, они не могут войти, если не хотят остаться здесь навсегда.

— Не могу поверить, что ты действовал за моей спиной.

— Как я уже сказал, я ничего не делал, — оборвал его король Калеб. — Они узнали о Пейе и нефти без моей помощи.

— Как, Калеб?

— Их мог просветить кто-то из драконов.

Король Гельмут рассмеялся, словно большего вздора в жизни не слышал.

Действительно ли король Калеб распространял слух о существовании Пейи на другой стороне? Почему? Это было моей главной заботой.

— Мы можем расшириться, Гельмут.

— Но какой ценой, Калеб? — Он покачал головой. — Нефтяные вышки по эту сторону добывают более чем достаточно для Пейи. Поиск и разработка новых скважин в местах, где не желают иметь ничего общего с деньгами и не заботятся, что сидят на золотой жиле, — пустая трата времени.

— И именно поэтому мы должны открыть им глаза. Они могут обогатить города. Сделать их лучше.

— Их это не заботит. Я уже думал об этом, но они желают, чтобы их просто оставили в покое.

Я прищурилась.

— О каких местах идет речь?

Король Калеб вздохнул, когда король Гельмут посмотрел на меня с мягкой улыбкой.

— Города драконов.

Я с удивлением посмотрела на короля Калеба.

— Не надо, Елена. Ты не представляешь, как это важно для Пейи.

— Как это важно для Пейи? Единственное, что приходит мне в голову — что драконов, не желающих иметь с людьми ничего общего, заставят пускать этих самых людей в свою повседневную жизнь ради добычи нефти. Вы ведь так это видите, верно?

Он усмехнулся. Ему не понравился мой ответ, и я знала, что ему не нравится предоставлять мне какой-либо выбор в этом вопросе.

— Я так понимаю, ваш голос будет «нет», и ваш тоже, Гельмут, — он улыбнулся. — Как в старые добрые времена, — сказал он, потом встал и ушел.

— Калеб, не начинай.

Дверь в зал для совещаний во дворце короля Гельмута захлопнулась. Это заставило меня подпрыгнуть.

— Как можно не понимать, что то, о чем он просит, неправильно?

— Елена, Калеб хороший король, но иногда мне кажется, что он потерял рассудок.

Я тихонько хмыкнула.

— Да, чем больше я его слушаю, тем сильнее в этом убеждаюсь.

— Тем не менее, ты приняла смелое решение. Твой отец бы тобой гордился. Что касается Калеба, он серьезно настроен воплотить эту идею в жизнь, так что не знаю, чем в итоге это для тебя обернётся.

— Неважно, что он планирует, ему придётся смириться с фактом, что я — часть этого мира, а этот мир — часть меня. Я дочь своего отца, и даже если ему это не нравится, он всё равно должен это принять.

Король Гельмут улыбнулся.

— Если бы только ты чувствовала себя уверенной в зале, заполненном членами Совета.

— Я над этим работаю, — хихикнула я.

Следующие два часа мы провели за столом, вдвоём разбирая остальные вопросы. Он давал мне возможность составить собственное мнение, объяснял непонятное, а затем мы обсуждали решение. Мы одобрили несколько идей, а несколько отклонили. Пару раз даже разошлись во мнениях, и он отложил их в стопку, пока мы не получим третий голос.

Когда с делами было покончено, меня отвезли обратно в академию.

Я воспрянула духом. Впервые с момента, когда правда выплыла наружу, ко мне действительно относились, как к принцессе. Ко мне прислушивались, и по тому, как Гельмут улыбался и кивал, даже когда мы расходились во мнениях, я поняла, что напоминаю ему отца или, может быть, маму. Не важно, кого именно, но мне было приятно. Это означало, что я оправдала их ожидания — большие ожидания, должна сказать, — но я справилась.

День прошёл хорошо без этого противного дракона, обожающего жаловаться на несправедливость заявленных на него прав и бла-бла-бла. У меня были дела поважнее, в кои-то веки не имевшие отношения к Блейку.

Но это также дало понять, что мое будущее будет одиноким, так как я знала, что никто не захочет быть со мной. Не с этим дентом, нависшим над моей головой.

Все опасались Рубикона даже при том, что я его вовсе не интересовала.

— Блейк! — закричала Табита.

Мы снова были на занятиях у Мии.

— Я же говорил тебе, Табита, не лезь в это дело.

— Ей просто нужен Рубикон.

Он хихикнул.

— Я и есть Рубикон.