Но Хмуря оказался быстрее. Опять!

Взлетел к потолку, сел на спинку кресла, а когда я последовала за ним, ушмыгнул на шкаф.

Потолки в моей спальне стали значительно выше прежнего, и теперь наглый фамильяр удобно сидел там во весь свой рост в полной неприкосновенности.

— Я простой ворон, и мне тоже нужно как-то развлекаться! — возмутился он без капли раскаяния. — Имей совесть, недоведьма! Веди себя прилично!

— Я. Не. Недоведьма! — крикнула я, сжимая кулаки и примериваясь к шкафу так, чтобы залезть наверх.

Этот мерзавец на этот раз от меня не скроется. Бабушкой клянусь!

Однако, пока я открывала створки и забиралась на нижнюю полку ногами, негодяй взмахнул крыльями и перелетел на другую сторону комнаты, приземлившись на невесть откуда взявшееся тут изящное пианино из красного дерева.

Но мне было некогда восхищаться изобретательностью волшебной избушки, постепенно превращающейся в настоящий особняк. Я схватила одну из любимых подушек, сиротливо валявшихся на полу под ногами, и со всей силы бросила в наглую птицу.

Раз не могу взять его в ближнем бою, буду брать в дальнем.

Попала!

Подушка влетела аккурат ворону в верхнюю часть тела, впечатав того в стенку за пианино.

Жалко ли мне было его?

Да ни капли! Я, кажется, даже в ладоши хлопнула. Ну а что: если рыцарь из Мартеллы не очень, так хоть стрелок отменный!

— Так и прибить можно, между прочим! — возмутился Хмуря, каркнув от неожиданности и неловко перебирая огромными крыльями, чтобы подняться.

Все-таки его размер не всегда оказывался выгодной чертой.

Я в это время уже подбирала вторую подушку, готовясь к новой атаке.

— Кто еще будет спасать тебя, такую криворукую, если ты мне шею свернешь? — каркал он своим низким, чуть хриплым голосом.

И если секунду назад мне все ж таки стало его немного жаль: об стену он явно ударился неслабо, то после этих слов я еще сильнее замахнулась своим зарядом и, пока Хмуря не успел улететь, снова запустила в него подушкой.

Ворон опоздал всего на миг. Пухлое “пушечное ядро” застигло его буквально в полете. Он снова упал, на этот раз ударившись о стену слева от пианино.

— Глупая гусыня! — каркнул он.

— Я-те-щас-покажу-кто-здесь-гусь! Ощипанный! — фыркнула я, войдя в раж и бросаясь к ворону, пока он не успел встать и снова улететь. Затем упала на колени возле него, уже протягивая руки, чтобы обхватить его мощную шею.

Как ни странно, Хмуря даже не дернулся. Вместо этого он прищурил свои жуткие зеленые глаза, в которые я, признаться, старалась не глядеть, потому что своей мрачной и затаенной злобой они слишком не сочетались с наглым и шкодливым характером птицы. А затем он просто громко щелкнул клювом прямо возле моих пальцев.

От неожиданности я отдернула руки назад, потому что, клянусь, если бы не успела хотя бы на секунду, он бы мне палец откусил!

— Я не ощипанный, — прокомментировал он невозмутимо.

— Это пока! — крикнула я, пытаясь подавить приступ страха. Еще не хватало, чтобы этот хам заметил!

В этот момент Эйвин, что все это время стоял у двери и смотрел на происходящее, сцепив руки, проговорил:

— Его надо поймать и наказать. Чтобы неповадно было. В конце концов, он всего лишь твой фамильяр.

Да, стоило признать, что нервишки у подмастерья были покрепче моих. Впрочем, ему-то на костюм никто картошку не кидал и не съезжал на него своей тощей птичьей гузкой!

— Еще посмотрим, кто кого накажет, дармоед, — бросил Хмуря, в пару прыжков пересекая комнату. Теперь он оказался на моем столе, спокойно выпрямляясь и вычищая помидорный соус из когтей. Как будто ничего не произошло!

Мое нападение его явно ни капли не смутило.

— Ну, признайся, откуда ты взялся такой дерзкий, а? — спросил вдруг Эйвин, склонив голову набок.

И этот на самом деле невероятно серьезный вопрос вдруг словно ведром воды затушил атмосферу раздражения, царящую в комнате.

По воздуху разлилась странная тишина.

Мне мигом расхотелось драться, мстить и выщипывать перья ворону, который одним махом может сделать так, чтобы с меня кожа слезла, как с трясинного паука.

А вот услышать ответ на прозвучавший вопрос — еще как. Кажется, я даже дышать перестала.

Ворон медленно перевел взгляд с Эйвина на меня и обратно. Мне показалось, что его круглые зеленые глаза изнутри полыхнули желтым пламенем.