Я уже открываю дверь, как вдруг та закрывается сама собой. А вернее, это делает в секунду подлетевший ко мне Илья. Не позволяет открыть, не позволяет уйти.

— Знаю я твои эти «потом», — рычит мне чуть ли не в ухо.

Я издаю глупый смешок. Хотя совсем не тянет смеяться. Четыре года — это целая пропасть.

— Ну правда, я ведь сама пришла, — мягко шепчу.

Это сейчас Илья слишком тянется ко мне, под дурманом той ночи и резкой разлуки. Но мы совсем не знаем друг друга. Не стоит терять голову. Я точно не выдержу второго такого потрясения.

— Дай мне свой номер, — нетерпеливо требует босс.

Я машинально называю. Илья тут же достает телефон и набирает. Убедившись, что ответом у меня играет мелодия звонка, сбрасывает.

Глупый. Боялся, что я опять исчезну? Нужны гарантии?

Сердце в груди как-то болезненно сжимается.

— Так в каком ты филиале? — хрипит Илья. — Я не нашел тебя, хотя устраивал кучу долбанных проверок.

Я столбенею. Вот уж не думала, что все эти проверки были как-то связаны со мной. Коллегам стоит благодарить меня?

Вспоминается, как босс зверствовал, и я с трудом удерживаюсь, чтобы нежно не погладить его по щеке. Такой серьезный, буквально сверлит взглядом.

— Но ведь они пошли на пользу? — только и спрашиваю участливо я, ведь каким бы ни был процесс, результат для банка просто что-то с чем-то. Но Илья никак не реагирует на эти слова, продолжая испытывать меня требовательным взглядом. И я сдаюсь. — В двадцать девятом… Была.

Договариваю чуть ли не шепотом, потому что босс вдруг берет мою руку, поворачивает к себе пальцами, смотрит, почти изучает, поглаживая. Та самая рука, на которой обычно носят кольца замужние и женатые.

И я носила. Сама не знаю, зачем, но носила.

Хорошо хоть вчера сняла, когда решила выбросить Андрея из своей жизни.

— Что-то припоминаю. Не видел там тебя, — хмурит брови Илья, продолжая держать мою руку в своей. Ласково так держит, что я даже не сразу нахожусь с ответом.

— Я уволилась почти сразу после той ночи, — рвано выдыхаю. И только сейчас, ну надо же, вспоминаю об Эрике. Я ведь за этим пришла к Илье. — Возникли всякие дела, — вместо признания о дочери тихо добавляю я.

Не знаю, почему не сказала Илье об Эрике. Время не самое подходящее, наверное. Как и момент. Только встретились спустя четыре года, а я про дочку вот так сходу.

Я скажу, конечно. Обязательно.

Господи, почему так страшно то… Как будто сказка вот-вот разрушится, и настанет реальность. Вокруг Ильи наверняка множество самых разных девушек. Даже его секретарши явно были моделями. Вряд ли он грезит о семейной жизни в ближайшее время.

— А сейчас? — вдруг спрашивает Илья, и я даже не сразу понимаю, о чем.

А, да… Вроде бы речь была о том, что я уволилась из-за внезапно возникших дел.

— Собираюсь заново устроиться, — уклончиво сообщаю.

Чуть не задыхаюсь, заметив, как жадно и изучающе Илья смотрит. Сразу начинаю машинально вспоминать, как я выгляжу. Вроде бы неплохо, не так, чтобы наряжалась, но у зеркала долго стояла. Рубашка, приталенная юбка, вполне себе офисный наряд. Но мне идет. Да и фигура после родов давно пришла в порядок, а может, даже лучше стала, чем до.

Интересно, о чем там думает босс, когда так оглядывает чуть ли не каждую черточку моего лица?

— Значит, завтра ты свободна? — нетерпеливо уточняет Илья. И тут же добавляет, непреклонно, как факт. — Я заеду за тобой.

Я подавляю улыбку, надеясь, что не слишком глупо сияю. Вот он, мой властный босс. Даже на свидание зовет, будто приказывая. Как там это называется, профессиональная деформация?

Так, стоп. «Мой босс»?

Мы просто поговорим об Эрике. Я ведь за этим пришла. И как раз сделать это где-нибудь за ужином в кафе будет самое то.

— Хорошо, но давай вечером, — осторожно соглашаюсь.

— Как тебя зовут? — в отличие от меня, открыто улыбаясь, спрашивает Илья, и я невольно вспоминаю, как млела от этой улыбки в тот судьбоносный вечер.

— Занятно, что спрашиваешь об этом только сейчас, — не сдерживаю усмешку, на что получаю легкий прищур. — Рита.

— До завтра, Рита, — бархатистый голос протягивает мое имя, словно пробуя его на вкус.

Илья отпускает мою руку, напоследок пробежав по ней кончиками пальцев.

— До завтра, — киваю я и на подкосившихся ногах выхожу из его кабинета.