— И как Мишель держался так долго и не распечатал такую сладенькую киску, — он задрал подол сарафана, укусил меня за попу.

— Я тебя съем, принцесса, — толкнул дверь ведущую в комнату, которая стала моей личной преисподней. Дверь захлопнулась, я поняла, не будет спасения, я пропала.

Грег бросил меня на кровать, снимая с себя футболку, его перекаченные мышцы были увиты синими рисунками.

— Мишель найдет меня и тебе конец! — пыталась храбриться, отползая в сторону, пока не уперлась спиной в стену.

— Ах да, малыш Мишель. Уверен он крутится неподалеку, — он открыл дверь и крикнул:

— Иди сюда! — приказным тоном сказал Грег.

— Может не надо? — жалобно ответил голос, я узнала, это мой Мишель.

— Нет, я занял тебе место в первом ряду иди, посмотри, как я буду рвать твою принцессу, — я похолодела. Мне кажется, это сон! Страшный кошмар! Но нет, в комнату с виноватым видом зашёл мой парень.

— Мишель, помоги! — кинулась ему на шею, ища защиты, но он был словно чужой. Странное чувство, ты прекрасно знаешь каждую черточку, эти чёрные, нахмуренные брови, эти плотно сжатые губы, которые я тысячу раз целовала, тело вроде тоже, а внутри будто другой человек, совсем тебе незнакомый. Он оттолкнул меня в пропасть, убил меня прежнюю, Грег обнял меня сзади и шептал на ухо:

— Знаешь, чем занимался твой парень, когда исчезал?

— Чем? — металлическим проговорила я, пытаясь разглядеть в парне напротив моего Мишель, которого я так любила.

— Он трахался с той рыжей! — слова били, как пощечина.

Мишель виновато опустил глаза, врезала ему с ненавистью, на которую только была способна, прошептала:

— Ненавижу!

— Да? — зло оскалился Мишель, сжал мою челюсть двумя пальцами. — А ты что хотела, а принцесса? Чтобы я дрочил в душе? Два грёбаных года ты не подпускала к себе, вся такая идеальная, — выплевывал он каждое слово, — непорочная, ангелочек! Твою мать! Не хотела трахаться со мной, посмотрим, какого тебе будет с ним.

— Думаешь он мстит? — мерзко хохотнул Грег. — Нет, всё довольно бонально, он продал тебя за дозу наркоты, — так вот откуда эти стеклянные глаза. — Его богатенький папочка, перекрыл доступ к платиновой карточке, к этому моменту малыш Мишель крепко подсел. Вот тебе ещё добавка, — Грег передал белый пакет Мишель. — За такую аппетитную девочку, все сокровища мира, — он провел языком снизу-вверх, каждая клеточка во мне пропиталась отвращением. Меня мутило от этих людей, от горького привкуса предательства, от места. Мои розовые мечты разбились в одночасье и мир, в котором я жила, не существовал никогда. Лишь только один отец был настоящим. Меня предал любимый, жених, за дозу!

— Давай поговорим? — повернулась. Тяжело договариваться с нелюдем, но во мне включился режим "деловой," видимо это передаётся по крови.

— Мой отец владеет киностудий, на моей карточке миллионы. Я могу тебе перевести хоть сейчас, только дай доступ к интернету, — он задумался, я ожила, выкуплю свою шкурку любой ценой, потом уже буду зализывать душевные раны.

— Сколько ты хочешь? Я заплачу.

— А сколько ты дашь?

— Миллион долларов тебя устроит? — Грег задумчиво потёр подбородок.

— Заманчиво, но нет. Видишь ли, в чём дело, Диана, с моей стороны это будет чистая иметь. Твой отец уволил моего, перспективного режиссера, закрыл ему все двери, отец стал спиваться без любимого дела, бить меня и маму, повторял всего всё время одно и тоже: будь проклят Эванс и его семья. Когда папа умер от алкогольной интоксикации, поклялся на его могиле, что отомщу. Я долго шёл к этой цели и как Фемида, готов воткнуть в тебя орудие мести, — этот урод пошло заржал. — Лирическое вступление кончилось.

Он порвал на мне сарафан, я осталась в одном белье, обливаясь слезами смотрела, как мой бывший парень разложил две дорожки и с наслаждением вдыхал, вот его любовь, а не я. Взбесилась, с криком накинулась на Грега, расцарапала лицо, побежала к спасительной двери, когда уже повернул ручку, он дёрнул меня за ногу и потащил, не обращая внимания, что я со всей сила пинала его второй ногой. Снял с себя ремень перетянул мне руки и привязал к кровати.

— Плачь крошка, мне это жутко нравиться.

Не пророню ни звука! Он не услышит от меня мольбы о пощаде, ни слезинки не увидят.

— Я найду тебя! — проговорила металлическим голосом.

— Добавки попросишь? — усмехнулся Грег, снимая джинсы вместе с боксами.

— Нет не за этим, я приду со своей охраной, сделаю с тобой тоже самое, что ты сделаешь со мной, буду убивать тебя очень долго и мучительно. — увидела страх в его глазах, оскалилась, в мыслях очень медленно отрезала ему конечности, и вот эту торчащую в первую очередь.