Но какой может быть вред? Мозг лишь воспринимает виртуальное тело своим, забыв о том, что в реальном мире, реальное тело в отключке. А раз все это иллюзия и не более, то добавим эффектов.

Я представил, что в консоли есть лаборатория самоизменения, вот туда и вхожу каждый раз. Так же мысленно воссоздаю некий инструмент изменения, представляю виртуальный бегунок и смещаю его от одной границе к другой. Для простоты придумал несколько шкал: «Твердость-хрупокость», «улучшение-ухудшение», «эффективность».

«Сдвинул на две деления ползунок в сторону твердости, убрал процентное соотношение шкалы, добавил эластичности до 56 процентов. Эффект улучшения 36 %, Снижаем эластичность до 50, эффект вырос до 44 процентов. Двигаем дальше, ага — 58 %, а если дальше? 69 процентов, а теперь 64. Так стоп. Возвращаемся».

И так с каждым органом, с каждой системой, вводим свои критерии и ищем, наилучшую конфигурацию. Улучшаем.

Теперь умение «Сила духа» включает в себя дополнительные параметры — «Трансформация» и «Регенерация», и их величины стремительно растут, как и соотношение «Сила-Ловкость», если делаю все верно. С каждой единичкой улучшается и эффективность. Но это до поры до времени. Дальше будет труднее и потребуется время, чтобы организм не только перестроился, но и привык к новым параметрам.

После 12 часов таких тренировок у меня выросли: Сила до 174, Ловкость — 179, Интеллект — 174, Мудрость –81, Усиление -52. Ого!

А умение «Сила Духа» теперь 123, при этом, Трансформация + 34, Регенерация +36. Не плохо, совсем не плохо. Вот про это и говорил Буян. Изменяя структуру костей, мышц, крови, могу теперь быстро заживлять раны, ускорять процессы восстановления. Пока лишь в режиме медитации.

Но не только на это потратил отведенные на ожидание трое суток. Так как я тренировался со стихией воды, то и расположился на знакомом мне бережке. И только вышел из транса, как увидел знакомое лицо старой приятельницы — навки. Она задумчиво смотрела в мою сторону, превратившись в камень. Заметив, что я вышел из «комы», улыбнулась и сказала невпопад, словно и не было паузы в нашем разговоре:

— А волк не пришел выть, и парня нету. Убили его, наверное, — и снова в слезы. — Жалкоооо….

— Тьфу, блин… Да, не реви ты, все живы, и даже скоро будут здоровы, — теперь я знал, о ком убивалась русалка.

— Живы, здоровы? Радость какая! — девушка нырнула, оттолкнувшись от камня, и в воздухе мелькнули две стройные ноги. Но тут же снова из воды выглянула голова с любопытными глазами. — А ты откуда знаешь? А куда сейчас пойдешь? Или со мной еще посидишь, скучно мне, вот и плачу, потому что поговорить не с кем. Подруги есть, но они тоже грустные все время, только, когда праздник наш русалочий, тогда все веселятся, тогда весело, а сейчас скучно. Ты не уходи, я к тебе сейчас выйду.

И навстречу мне из речки вышла совсем нагая «скучающая» навка. Ее внешний вид, смущал только меня. Для нее — дитяти природы, нагота была естественной. Русалка подошла ко мне и села рядом, подняла камушек и бросила в речку.

— А гребешок мне твой понравился, спасибо еще раз. Каждый раз чешу волосы и тебя вспоминаю. И колечко ношу, — она протянула ко мне руку, на пальце которого блеснуло медью кольцо. Словно обручальное, нравишься ты мне, но кто такую, как я полюбит, я же нежить, — и она снова собралась плакать.

— Да что ты такая депрессивная? Ты мне тоже нравишься, — признался я.

— Женись тогда на мне, а? Слышишь, я хорошей женой буду, верной и любить тебя стану пуще…, - она хотела сказать жизни, но вспомнила, что ее-то у нее ее нет и глаза снова налились «росой».

— Не могу. Извини, ты хорошая. И дело не в том, что ты навка. Будь и обычной женщиной, не женился бы. Сердце мое другая забрала, еще до нашего с тобой знакомства.

— А она красивая? Лучше меня? Красивей? — грусть, не отменила женского любопытства.

Я не стал ломать самооценку русалке. Была ли Кнопка красивей? Не сказал бы, но есть в ней нечто особенно, нечто такое, что вот по мне и все тут. «Кнопка, где ты сейчас? Обещала приходить, наведывать, но, увы. Поди, и забыла меня уже». И мне тоже стало грустно.

— Ты тоже красивая, нашелся с ответом я.

— Тогда хоть поцелуй меня, она не будет ревновать, даже, если и узнает. Я бы не стала. Ты же не со страстью, а пожалев меня. Не бойся, атаманом-водяным клянусь, не зачарую. Ну, пожалуйста. — И она закрыла глаза, приблизив ко мне мокрые, пахнущие речной водой губы. Я не отстранился. Поцелуй был невинный, как у детей в детсаду. Через пару секунд навка сказала. — Спасибо тебе. Меня Айкой зовут. Звали. Я ведь нецелованной утонула. Меня парнишка сосватать собирался, все обещался, а тут вот так вышло. В речке с подружками плескались, тут меня за ногу Беспута и схватила, за собой утянула. Злая она, никто ее не любит из наших. Она меня и еще десяток людей погубила. Не будет ей прощения, закрыты пути в Явь и Правь, только в Навь и уйдет. Поэтому и злится, поэтому и губит всех. На возьми…

Айка протянула мне капельку воды, которая твердела на глазах, превратившись в кулончик, ниточка, словно из волос навки свита.

— Это росинка утренняя, со слезой моей смешана. Поэтому оберегать тебя станет. Особой помощи не жди, но всякие мороки и чары отгонит, голова всегда трезвая останется.

Я с благодарностью принял подарок, нагнулся, чтобы поцеловать в знак признательности Айку в щечки, но она подставила губы. И мы снова замерли. Было приятно. Первой от меня отодвинулась навка, весело улыбнулась и щелкнула меня тихонько по носу. При этом с ее руки слетели капельки.