— Я солдат, и я убийца. — И проклят девой Летописецей. — Я не тот, кто тебе нужен. Тебя ждет чудесная жизнь, ты должна с радостью стремиться к ней. Но не здесь.

По коридору мимо прошла фигура и Рейдж свистнул.

Как выяснилось, это был Шакал. Мужчина обернулся и, встав в дверном проёме, пробормотал сухо:

— Что-то подсказывает мне, что данная ситуация не требует зрителей.

Как ты ошибаешься, подумал Рейдж. И не потому что он был эксгибиционистом.

— Эллани уже уходит, — сказал он. — Может, ты окажешь милость и придержишь для нее дверь?

В воздухе повисло напряжение, и девушка склонила голову и шмыгнула носом. Потом прижала свою прозрачную накидку к груди и проскочила мимо мужчины.

— Вот дерьмо, — пробормотал Рейдж. — с нетерпением жду возможности свалить отсюда.

— Боюсь, я не знаю что ответить, — сказал Шакал. — Учитывая, какую возможность вы только что отвергли.

— Это не возможность, это тюрьма, в которой надзирателем является ее честь или, точнее, потеря оной. И не обязательно как-то комментировать… хотя, подожди. Прошу, сделай глубокий вдох.

Мужчина посмотрел вдоль коридора. Потом снова перевел взгляд на кровать. И после долгого вдоха и выдоха, он кивнул.

— Нет свидетельства вашего возбуждения. Если ты это просил меня подтвердить.

— Если возникнет необходимость, тебе придется поделиться этим с остальными.

— Ну разумеется. — Шакал тихо рассмеялся. — Значит, ты не попался на сыр в мышеловке.

— Бедная девушка. Ее бросили в воду, не научив плавать, стараниями ее мамэн.

— Глимера использует свои активы, о чем бы ни шла речь — домах, лошадях или дочерях. Их самая узнаваемая черта наряду с порицанием.

— А ты к ним не принадлежишь? Акцент выдаёт твой статус. Равно как и одежды и приглашение Джабона почтить его дом своим присутствием.

— Этот джентльмен собирает вокруг себя толпы, не так ли? А что до мамэн вашей полуобнаженной гостьи, то она состоит в тесной связи с хозяином дома. Она очень часто посещает этот дом, и одна она не ночует, если вы понимаешь, о чем я.

Рейдж улыбнулся. Он мог проявить уважение, когда кто-то не желал распространяться о себе.

Не то, чтобы подробная скрытность удержала его от вопросов.

— Ты сам часто бываешь здесь, иначе бы не знал об этом.

— Мамэн не могла сдержаться и не сказать мне о том, как часто она здесь бывает. Хотя, кое-кто поведал мне, что ее доля не завидна. Ее хеллрен внезапно почил с миром, оставив за собой карточные долги. Думаю, она хочет использовать дочь в качестве спасательного жилета. Джабон регулярно принимает их в своем доме с расчётом на определённые… знаки внимания, скажем так… со стороны мамэн. Но, думаю, она в нем еще сильно разочаруется. Как бы щедр он ни был с гостевыми комнатами, когда дело доходит до финансов, он жаден как жук.

— Как все сложно.

— Да нет, на самом деле.

Рейдж подумал о дочери.

— Это печально — что… я даже не помню цвета ее волос. Или глаз.

— У нее светлые волосы и глаза. И она весьма привлекательна.

— А. — Рейдж выгнул бровь. — Что сам скажешь? Может, ты сам воспользуется такой возможностью?

— Никогда.

Рейдж просто смотрел на него через комнату, и Шакал снова оглянулся назад на пустой коридор.

— Вас что-то тревожит?

— Нет, ничего. — Рейдж снова улыбнулся. — Но я хочу кое-что заметить.

— Думаю, я рассказал все, что знаю касательно девушки и ее матери.

— Есть два типа людей, предпочитающих скрытность…

— Что ж, продолжу путь в свою комнату…