— Хорошо, — Дариус поманил его к себе. — А ты пока изучи плоды нашей работы. Я очень горжусь результатом.

Шакал кивнул.

— Он значительно улучшил мои идеи. Это будет настоящий дворец, построенный на долгие века истинными мастерами.

Рейдж уважил их обоих, приблизившись и нависнув над чертежами, кивая и восхищенно восклицая на каждом новом листе и жесте указательного пальца… хотя, по правде говоря, он понятия не имел, на что он смотрел и о чем они ему рассказывали. Для этих мужчин превращение двухмерного измерения в трехмерное в своей голове было чем-то обычным. Для него? Такая попытка стопорила мыслительные процессы. Бессмысленные пучки линий на этих архитектурных изображениях абсолютно никуда не вели.

Однако он определенно мог оценить их энтузиазм и искренность, и, кроме того, в его нынешнем настроении Рейдж был полон желания тонко шутить, поэтому так легко было излучать мягкую доброжелательность. Фактически, он даже был готов поблагодарить Джабона при выходе из особняка… и не только в вежливой, обязательной форме. Каким бы тяжелым ни было это испытание, Рейдж ценил гостеприимство. Хотя он определенно не станет скучать по додженам.

— Значит, решение о строительстве уже принято? — спросил он, когда возникла пауза в обсуждении стропил, контрфорсов и «несущих» вещей.

Шакал кивнул в сторону Дариса, и будущий владелец ответил:

— Все действительно готово к строительству. Спасибо этому парню за то, что выполнил свой долг. Сколько часов ты потратил на это за последние три ночи?

— Неважно. Я не сплю, — пока Дариус сосредоточился на мужчине, Шакал сделал вид, что меняет листы. — Это несложно, когда заказчик — настолько проницательный клиент и решительно настроен.

Через мгновение Дариус снова посмотрел на планы.

— И ты нашел всех необходимых рабочих. Как тебе удалось это сделать?

— Можете отдать должное нашему общему знакомому Джабону. Он поделился знакомством, которое, в свою очередь, оказалось отличным источником рабочей силы.

— Но ты останешься и доведешь проект до конца, да?

Шакал склонил голову.

— Я намерен вести его от самого фундамента до конечного штриха, и, чтобы сосредоточить свои мысли на правильной последовательности процесса, я изложил порядок здесь. — Он постучал по стопке белых страниц подходящего размера. — Это копия, которую вы можете оставить при себе и комментировать впоследствии. Я с нетерпением жду этого проекта, как никакого другого.

— Я рад, что ты будешь за старшего. Такое облегчение для меня…

Позже, когда Рейдж воспроизводил последовавшие события в своей голове, он вспоминал, что шаги по лестнице, такие настойчивые, но деликатные, являлись предвестником катастрофы. Катастроф. Однако, как и в случае со многими другими знамениями, он не сразу осознал их значение.

Вот с криком, что донесся со второго этажа, было иначе.

Когда он обернулся посмотреть, из-за чего поднялась суматоха, Эллани слетела с последней ступеньки лестницы, ее шелковый халат был совершенно не уместен в общественном месте. И как только она увидела его, она остановилась, персиковый шелк, покрывавший ее, закрутился ароматным завитком. Если бы он не стоял в гостиной, то она наверняка бы покинула дом и выбежала на улицу.

Мамэн звала ее своим резким голосом. Снова и снова. И когда Эллани даже не взглянула на верхнюю ступеньку лестницы, послышалась еще одна пара шагов.

Эллани не обращала внимания. Ее взгляд был прикован к Рейджу, глаза блестели от слез.

— Я сделала это для тебя, — прошептала она. — Я это сделала… для тебя.

Именно тогда он заметил кровь на шелке. Что спускалась полоской вниз.

Предупреждающие колокола громко и настойчиво звенели в его голове.

— О чем ты говоришь, женщина?

Эллани наконец посмотрела на свою мамэн, когда женщина спустилась на мраморный пол и устремилась к своему дитя. Прилично одетая дама схватила бедную девушку за худую руку и сильно встряхнула.

— Что ты наделала? — выпалила женщина.

Отчаянный взгляд Эллани вернулся к Рейджу.

В другой стороне фойе, в арке столовой появился Джабон с льняной салфеткой в руке и вежливо-вопросительным выражением на лице.

Когда он увидел, что происходило в его фойе, все изменилось. Он резко завел за спину руку, словно приказывая собравшимся в столовой оставаться на местах. А затем шагнул вперед и закрыл за собой двойные двери.

С суровым взглядом, который, казалось, совершенно не соответствовал его характеру, он обратился к двум женщинам.

— Сейчас не время и не место.

Они обе посмотрели на него, и последовал долгий момент молчания. Но Рейджа не волновало, что происходило между этими тремя. Он произнес громко и ясно, чтобы слышали все.