Шрифт:
Ланкастер кивнула.
– А потом она уехала?
– Совершенно верно, уехала. О своем отъезде или куда собирается, мне не сказала. Но, должно быть, уехала не на день-два. Чемодан-то был большущий.
Ланкастер посмотрела на Декера, который снова прищурился в окно.
– Ричардс, должно быть, очень торопилась уехать. Даже не вынула почту. Я проверял.
– Так, значит, она в бегах? – спросила заинтригованно Бэйтс. – Как у нас это называлось, смазала лыжи. Прямо как в «Беглеце» [14] . Мне этот сериал очень нравился. Теперь таких не снимают. – Ее сморщенное личико мечтательно погрустнело. – Больше всего я там была влюблена в Дэвида Дженсена. Уж такой был красавчик, такой сердцеед! А теперь вот мертв. Всех, решительно всех, кого я любила на экране, больше нет среди живых.
14
«Беглец» – американский телесериал (1963–1967 гг.), в котором главный герой скрывается после осуждения за убийство жены, которого он не совершал.
Ланкастер посмотрела на Декера, который снова с прищуром глядел в окно.
– Ричардс, должно быть, уезжала в спешке. Не отменила доставку почты и газет. Я проверял.
– Ну, причины ее отъезда нам точно неизвестны, – сказала Ланкастер.
– Если б того человека убила Сьюзан, она бы наверняка дала деру, – рассудила Бэйтс. – Я б на ее месте обязательно так поступила.
– Вы там еще кого-нибудь видели прошлым вечером?
Выцветшие глазки за стеклами очков снова уперлись в него.
– Нет. Знала б, так, наверное, сказала б.
– Вообще ничего подозрительного, необычного? – допытывался Декер.
– Да что он ко мне привязался! Нет, если не знать, что кто-то затем усвистит в бега.
От старушки Декер с Ланкастер через улицу двинулись к дому Сьюзан Ричардс, где уже осматривались прибывшие криминалисты.
Декер поднял глаза и посмотрел на небо в бурых неподвижных тучах.
Ланкастер проследила за его взглядом.
– Странная погода для этого времени года. Было тепло и влажно, прошлой ночью на небе ни облачка. А сейчас собирается гроза, и температура падает на десять градусов.
Декер рассеянно кивнул.
– В розыск объявили?
– Само собой. Пока ничего. Пробили также ее кредитные карты и телефон. Правонарушений нет, а она, должно быть, отключила свой мобильный.
– Кто-нибудь наверняка засечет ее машину. Или услышит.
– По-твоему, все это подтверждает ее виновность по Мерилу Хокинсу?
– Ты проверила заднюю дверь «Резиденс Инн»?
– Не менялась со времени твоего обитания. Все так же на соплях. И никакого видеонаблюдения. Итак, Ричардс отомстила Хокинсу?
– Не знаю.
– Если она невиновна, зачем убегать?
– Ответ такой же.
– Тогда как мы их получим?
– Нам нужно больше разузнать о Хокинсе.
– Что, например?
– Все.
– То, что было после его убийства?
– Нет, до.
– Чем это нам поможет?
– Если Ричардсов и Дэвида Каца убивал не он, то должна была быть какая-то причина, по которой истинный убийца выбрал его, чтобы подвести под обвинение. Эти причины могли бы открыться при взгляде на то, чем он занимался до тех убийств.
Они направились к своим машинам. На подходе к ним Декер повернулся к своей старой напарнице.
– В «Американ Гриле» я видел Эрла.
Вид у Мэри был удивленный. Машинальным движением она сунула в рот жвачку.
– Да? Он был один?
– Нет.
Она молча кивнула.
– Ты с ним разговаривал?
– Он подошел. Мы… поговорили о разном.
– Тонкости никогда не были твоей сильной стороной, Декер. И хотя у тебя каменное лицо, когда речь идет о полицейских делах, но, когда речь заходит о личном, у тебя на морде все написано. Он рассказывал тебе о нас.
Декер смущенно посмотрел, и в эту секунду поднялся ветер.
– Может, по пивку? – спросила она.
Он кивнул.
Следом за ней он зашел в бар под названием «Пена». После смерти своей семьи Декер бывал здесь так часто, что хозяин заведения маркером написал его имя на барном стуле, где он всегда сидел.
В заведении было довольно людно, так как здесь можно было и выпить, и поесть. На заднем плане играла музыка, а выстроенные вдоль одной из стен игровые автоматы вторили ей своим звоном и морганием огоньков. Из смежного зальца доносился стук бильярда; здесь посетители со смаком гоняли шары, попутно заказывая напитки и закусон.
Наши детективы сидели за высоким пристенным столиком. Декер заказал себе пиво, а Ланкастер – джин-тоник.
– Ты вообще доволен своим решением служить в Бюро? – спросила Ланкастер.
– Бюро как бюро, – нехотя ответил Декер. – Я не думал, что мы пришли сюда ради разговора обо мне.
Ланкастер сделала глоток и захватила из миски орешков.
– Жизнь сложная штука. По крайней мере моя.
– Каким боком она выходит к разводу? Я думал, вы с Эрлом друг другу дороги.
– Дороги, Декер. Суть реально не в этом.