— Необычно, что вы ожидаете меня здесь, — смущённо произнёс Аворфис.

Определённо, ему показалось странным избранное Ал’Беритом место, но ещё больше беспокоило, что от его слов дядюшка отчего-то мрачно поглядел на иссохшую почву под ногами так, словно и сам вдруг удивился собственному выбору.

Воистину, местность подходила больше для тайных заговоров, нежели для тематики предстоящей беседы!

Здесь давно было пустынно. Округу заполонили колонии чортанков, а акридайи устроили в щелях уютные тихие логова. Плиты медленно разрушающейся дороги ещё виднелись, но это единственное, что говорило о былом процветании и некогда стоящем здесь городе. От прежнего Аджитанта остались такие же смутные воспоминания, как и об его повелителе Ши’Алуэле.

— Я давно не был в этой части своих владений и посчитал верным совместить предстоящие пояснения их осмотром. Пройдёмте.

Ал’Берит приглашающим взмахом руки указал по направлению к обрубку горы, внутри которой находился замурованный портал, имеющий своим предназначением помогать низшим демонам при помощи печатей осуществлять перемещения на Землю. Подобное давно было не востребовано, а потому второй заместитель не счёл нужным посещать этот объект в первые годы своей службы. Аворфис признавал, что если бы не приглашение, то ещё длительное время мог не побывать здесь.

— Я желал узнать подробности о госпоже Пелагее, — напомнил он через некоторое время молчаливой прогулки.

— В будущем я намерен избавить вас от тягот её обязанностей. Полагаю, это произойдёт немногим позже возобновления производства кристаллов душ. Но до тех пор, господин Аворфис, я вынужден возложить их на вас. Причина подобного сугубо личная, и потому я рассчитываю, что вы не станете о ней особо распространяться. Для меня предпочтительнее, чтобы вы высказали своё недовольство только мне и именно сейчас.

Лиловые глаза Ал’Берита, остановившегося, чтобы посмотреть ему в лицо, невероятно напоминали Аворфису его собственные. Но только напоминали. Это был взор совершенно другого демона с совершенно иными мыслями.

— Чтобы прояснить для вас ситуацию более детально, — флегматично продолжил собеседник барона, — мне следует озвучить, что мой первый заместитель пребывает в стазисе. Её эмоциональное состояние не только не подходит для ведения деловых вопросов, но и в значительной степени влияет на меня. Другими словами, это временное устранение необходимо именно для восстановления моего равновесия. Без него я излишне сосредоточен на противоборствующих желаниях: то ли лично провести обряд очищения души госпожи Пелагеи, то ли принести ей извинения за неудобства, предоставленные собственным глубоким вниманием к ней. Такие противоречивые порывы лишают меня спокойствия.

Признание вмиг лишило спокойствия и второго заместителя наместника Аджитанта, хотя внешне это никак не проявилось. Он только осторожно осведомился:

— Разве обычный человек может иметь такую власть над вами?

— Как бы мне ни хотелось сказать обратное, а вам услышать его, но это так. Я испытываю к госпоже Пелагее нечто большее, нежели сильное влечение. И это чувство в свете последних событий перестало быть взаимным.

Всё. Больше у него слов не нашлось.

А вот Ал’Берит, грустно улыбаясь, продолжил:

— Мне самому удивительно, насколько легко из-за неё внутри меня разгорелся огонь страстей.

— Так почему вы не потушите его, дядя? — возмущённо воскликнул Аворфис, забываясь, что следовало бы использовать куда как более достойное обращение.

Человек! Испытывать чувства к человеку?! Подобная пара и так вызывала насмешки, но одно дело иметь пошлое увлечение (долгожительство демонов заставляло снисходительнее относиться к желанию разнообразить свою жизнь), а другое… А другое вот так! Для барона признание прозвучало аналогично тому, как человеку услышать от близкого друга, что свою собаку тот любит некой особенной любовью.

— Как я вам и сказал, здесь и сейчас я даю вам право выразить все свои недовольства. Поэтому можете продолжать.

О, Аворфису несомненно было, что сказать! Несмотря на то, что мораль и философия Ада запрещали регулировать процессы деторождения, составляющие суть основ Рая, никто не мешал скармливать новорождённых демонов дэзултам. И перво-наперво барон желал озвучить, что очень зря судьба протянула к Ал’Бериту свою скупую на щедрость длань. Он хотел язвительно заметить, что пусть официальное признание пасынком Ши’Алуэла и сделало дядюшку виконтом, пусть время доказало, что он способен занимать должности, подходящие и для более благородного происхождения, пусть на то и имелось благоволение самого Князя, но, прояви Глава архивов Ада чуть больше серьёзности к своему престижу, то, несмотря на все свои изъяны, он давно бы мог заключить какой-либо союз, возвышающий их древний род! Происхождение от никому неизвестного Дхаргона постепенно кануло бы в небытие, и это сулило бы…

Но, нет. Подобной радости Аворфису Ал’Берит доставлять никак не собирался!

Пока племянник радел за возможность возвращения рода к герцогству, дядюшка всячески провоцировал ситуации, заставляющие Высших демонесс держаться от Хранителя летописей как можно дальше! Наместник Аджитанта из века в век расширял и углублял своё влияние, но ни в какую не сдвигался с позиций, занятых им со смерти сестры. Он имел те же должности, тоже положение в обществе, и всё ту же неустойчивую репутацию! Правда, с появлением человека некоторые моменты всё же претерпели серьёзные изменения. В худшую сторону.