— Теперь я могу покинуть ваш дом, госпожа Пелагея.

Демон сделал вежливый поклон. Его подчинённая не смогла заставить себя ответить взаимностью, но наместник не придал этому значения. Он растворился в воздухе.

— Выродок! — выплюнула Лея ругательство, вызывая крайне настороженный взгляд Дайны. — Если ты и порядочный, то только выродок! И ты тоже не лучше! Как могла просто стоять?!

Воительница не ответила, лишь стянула с постели огромное покрывало и накрыла им остывающее тело сестры. После чего скорбно встала на колени рядом и некоторое время так и стояла.

— Прощай, любимая сестрёнка, — прошептала та.

После чего демонесса обернулась в сторону застывшей девушки. Глаза Дайны сверкали от влаги, но со щеки скатилась одна единственная слеза.

— Держи. Займись своими царапинами.

Кхалисси стянула с себя сумку и швырнула под ноги Леи. После чего бережно подняла на руки труп и медленно ушла, оставляя дверь открытой.

Первый заместитель подошла к двери своего кабинета, намереваясь открыть ту ключом, но остановилась. Обычно ехидная Дайна никак не отреагировала на это происшествие. Со вчерашнего вечера они так и не перемолвились ни словом. Пробуждение и поездка к замку прошли в молчании. Внутри Леи боролись двоякие чувства. Она ощущала себя виноватой перед Дагна. Но при этом считала, что и её доверие стало основательно обмануто ими. Ей пришлось обречь столько людей на гибель из-за невысказанного слова!

Нет. Так было нельзя!

Резко развернувшись на каблуках, молодая женщина подошла к огромной двустворчатой двери и настойчиво постучала. Спонтанное решение вряд ли принесло бы пользу, но она чувствовала себя обязанной его совершить.

Рубашка на Ал’Берите была расстёгнута, частично порвана и не заправлена в брюки. На полу среди сорванных с той пуговиц валялся, словно тряпка, сюртук. Один сапог остался у ног демона, а второй лежал на ступени. И при этом наместник Аджитанта сидел в кресле-троне, никак не реагируя на приветствие своей подчинённой. Он лишь вытянул руку с массивным кубком в сторону и, сидевшая подле него на холодной поверхности постамента, высокая демонесса, сверкнув жёлто-салатовыми глазами, покинула прежнее место, дабы наполнить бокал жидкостью из огромного кувшина. Длинное красное платье той изобиловало вырезами и держалось только благодаря двум тоненьким золотистым цепочкам на шее. Роскошные чёрные жёсткие кудри шевелились подобно змеям, но оставались позади, росших по обе стороны лба, двух толстых витых рогов. Из-за этого были хорошо видны ушки, заострённые на мочках.

— Ваше превосходительство, — повторила свой поклон девушка.

Демонесса её ни капельки не беспокоила. Как и царящая вакханалия. Все мысли сосредоточились на том, чтобы получить согласие повелителя. Это всё, что Лею сейчас заботило. Она знала, что не так много могла предложить, но всё же… Возможно стоило рассказать о предложении Вердельита и попытаться намекнуть, что на то могло прозвучать и согласие?

— Чего ты хотела? — Ал’Берит наконец-то обратил на неё внимание.

Его замутнённые глаза никак не могли определиться с цветом. Они то возвращались к светло-зелёным, то становились лиловыми. А между этим, пожалуй, можно было различить и тот самый загадочный серо-буро-малиновый.

Наместник Аджитанта позволил себе пребывать в дико пьяном состоянии.

— Я прошу вас вернуть людей из Питомника на Землю вместе с остальными. Взамен я могла бы…

— Это похоже на сделку, — повелитель нехорошо усмехнулся, перебивая её, и быстро выпил содержимое кубка до дна. Часть напитка неаккуратно потекла по его подбородку, и демон варварски стёр излишки влаги сгибом руки.

— Предложение можно назвать и так, — начала Лея издалека, но он снова прервал девушку на полуслове.

— Мне не нравится, к чему ты клонишь, — его лицо резко стало грозным. На лбу появилась хмурая складочка. — Я не заключаю сделок. С какой стати? Я распоряжаюсь всем и могу делать всё, что считаю необходимым!

Ал’Берит отшвырнул пустой кубок в сторону. Металл со звоном упал на пол, скатываясь с постамента. Демонесса испуганно бесшумно отошла к стене, стараясь оставаться незаметной, но лиловые глаза не выпустили её из поля зрения. Через миг от черноволосого развлечения виконта осталась лишь горстка пепла. Сердце молодой женщины начало отбивать более быстрый ритм, но внутренне она всё ещё была спокойна.

— Я мог бы сделать это и с тобой, — заметил наместник, резко вставая со своего места и подойдя вплотную к ней.

— У меня нет в этом ни малейших сомнений, повелитель, — бесстрастно ответила она, хотя страх уже разрастался в её душе.

В столь сильном гневе демон был способен на любые поступки. А Лея знала, что сейчас крайне раздражала его.

— У тебя нет сомнений, — растягивая слога повторил он, сжав её голову между своих ладоней.

Смотреть в его нечеловеческие глаза было невыносимо. Ей захотелось отреагировать так же, как обычным дворовым запуганным шавкам, когда на них столь пристально смотрел разъярённый хозяин — отвернуться и сбежать, поджав хвост. Но она продолжала смотреть в лиловое пламя, и Ал’Берит произнёс:

— Надавить чуть сильнее, и здесь не останется уже никаких мыслей.

Виконт действительно в медленном темпе сжимал свою хватку, и голова у неё гудела. Пожалуй, вскоре черепу предстояло лопнуть как перезревшему арбузу.

— Вы можете сделать всё, что считаете необходимым. Я прошу вас лишь вернуть людей из Питомника на Землю.

Она и сама не поняла, откуда в ней нашлись силы столь уверенно повторить своё прошение, хотя от ужаса колени просто подкашивались. Повелитель же остановился и неспешно и пристально оглядел её сверху вниз. На Лее было простое полностью закрытое тёмное коричневое платье с широкими рукавами и узкими длинными манжетами на пуговичках. В нём оказалось жарковато, но зато оно скрывало последствия вчерашнего боя. Тело покрывали многочисленные синяки. Укусы и царапины распухли. Даже обычное соприкосновение ткани с этими воспалениями приносило ощутимую боль. При движении же образовавшаяся корочка надрывалась, и из ранок стекала капельками свежая кровь.