Шрифт:
То глазом он бы не моргнув
Меня окликал во спасение:
Его за версты, без сомнения,
Услышу я. И помогу.
Ведь он мой друг, судьбы везение.
Он здесь, не там. Он наяву.
Десница чести он и бдение,
Что судно держит наплаву.
2:12
Мне неизменно друг дороже
Твоя отвага, труд и честь,
Чем их поклон к стопам вельможе,
Чем их припадочная лесть.
Ты для меня, как день погожий,
Его луча в тебе не счесть.
Я без тебя никто… Прохожий…
И без тебя дурна, дурная весть.
2:13
Сердечный друг, долой порук!
Долой годить всему доколе!
Я было ведаю, что круг
Чёртов замкнётся вскоре:
И воспархать, что птицею на воле,
И как она стремить смогу я вскоре, –
Скажи, тебя забрать?
Я покажу раздолье
Всей необъятной мать:
Устрою пир, застолье,
Души во благодать.
Чтоб чувством порхая,
Всея восхваляя, мог радость питать:
Отрад всех в квадрат и благ возводить,
Её потаённой, никем непревзойдённой
Всей необъятной восхищения-мать…
Витать, заботою нежиться
И утешение боле не искать:
Оно здесь не глумиться
И чаду привирать,
Поверь, мне не стремится, –
Скажи тебя забрать?
Примкни! Не всуе дивиться,
Чтоб смог в благодать.
Не лишь речами, что пестрится,
Но ищет каждого, кто ей под стать…
2:14
Примкни ко мне бездушный друг,
Не знавший смелой удалой
Развей страх в наг, благой досуг,
Походкой смелой сквозь покой,
Ступай за мной, да не стыдись, –
Величие 27 истинно возвысь!
Примкни ко мне, расторгнув круг,
27
Грань между величавостью истинной*, лишённой прежнего рока, склонной к провоцированию эмоциональной врождённой, и величавостью, того не лишённой, – не осязаема глазу обыденного; ввиду изначального неведения, от разума дурманом питавшегося. Любая мысль его возбудит, любой объект пристрастием всем заставит вожделеть.
*Постигаемой лишь при полном отстранении от всего сквозь полное забвение о представлении ему знакомом, как способе существования (дабы не провоцировать слабое сознание) , в т.ч. и общения, как удовлетворения потребности врождённой своего неистинного Я. Сквозь сильнейшую аскезу.
Сомнений выплеснув волной!
Гнусных развей, коль знал порук:
Выси стремглав, звёзд чьих конвой
Особый нёс, мелодии звук,
Вселенной подлинный покой.
И горечи раскат долой,
Не покладая рук, и веры неземной,
Скорей же истинно возвысь!
Я обещаю славный друг,
Узришь надменности покой,
Сплетя единства, но собой;
Познаёшь все, седлав начал,
Увечье 28 чьих никто не знал…
28
Ибо познав некое, представляющее всё и ничто сразу, наряд совершенства примерив “иллюзорного”, глазу виданного, как под пеленой, сиявшего смога, – смысл ко всему прочему, раннее волновавшему утратишь в мере несопоставимой разумному и смыслу, кличущим здравое.
2:15
Очнись мой друг, взгляни вокруг!
Ты сотворил немало бед.
Ты предал всех, разрушив круг,
Оставив прошлому побед.
Что мог добром заполучить,
Талантом истинным, верхом,
Ты злу прибегнул поручить,
Унизив каждого кнутом.
Вернись мой друг в круги своя:
Там, где пеший 29 вьёт начал.
Где ферзя нет, короля,
Где отрад, шагав б питал.
29
Идущий.
Чтоб вечернее похмелье
Было радостью испито,
Безмятежной, чьей веселье,
Было каждому налито.
Чтобы мир пестрился разной
Гаммой тонкого свечения,
Атмосферой путан праздной
Лика доброго затмения.
…
Вернись, очнись! Не пожалей
О судном дне, что вот придёт,
Когда забыться поскорей
Придёт и твой вовек черед!
2:16
Сквозь век пройти, не увернув
С дороги истинной течения,
Оставив след, неистово сверкнув,
Сыскав своё предназначение.
Эдема врат открыть одной
Конец ознакомительного фрагмента.