Время, чтобы добраться до черты города пролетело очень быстро. Так подозреваю, что Столица еще сильнее расширилась. Я не сразу понял, что меня смущает в окружающем пейзаже. Лишь крепко зажмурив глаза, а потом открыв их я понял, что практически нет рекламы! Да я бы поверил больше, если бы на нас метеорит жахнул и все вокруг за глоток воды шерсть из подмышек дерут. Рекламщики- это же вообще как тараканы! Хрен выдавишь! Постоянно приспосабливаются. Но каким бы шоком это не было, действительность оставалась суровой и страшной.

Въехав в сам город, я понял, что баннеры мешали бы проникнуться внутренней атмосферой Имперского величия. Никаких панельных многоэтажек, сайдинга и прочей дешевой чихни. Камень, стекло и бетон создавали невероятную картину. Само пространство дышало красотой и силой. Все вокруг словно говорило- “Мы самые великие! Остальное пепел перед нашими ногами!” Что сказать? Прохоровы строились с размахом. Впрочем такая круть может быть только в Столице, а за остальную Империю судить не берусь. У нас издревле в города, где шишки сидят, намного больше средств вбухивалось.

— Как действовать будем? — отвлек меня Димасик- сначала по магазинам, или модуль поставим тебе?

— Че за модуль? — не понял я

— Как че? В висок вставляется имплант и соединяется с лобными долями мозга. Ну и все красоты твои- интернет, связь и прочее прочее! — он постучал себя по виску пальцем.

— Это прям сверлить бошку будут? Хрен я дамся! — ишь че удумали! В голове дырку делать! Я не хочу как дельфин, через макушку плеваться!

— Аа! Значит ты архаик! Знаю я магазинчик один у них, но он далеко, тогда сначала по магазинам! — откуда то появился деловой тон и серьезность.

Мы вылезли из машины возле какого-то помпезного фонтана. Вокруг площади полукругом стояли здания, образуя своеобразный театр. Рестораны, витрины и многочисленные магазины хоть и имели вывески, но они как-то удивительно вписывались в общий ансамбль. Гармоничненько. Толпы народа оживленно сновали повсюду. Люди одеты были не сказать, чтобы непривычно мне, хотя конечно одежда стала поцветастее. Новый тренд наверное.

Проходя мимо ресторана, я повернул голову взглянув на стеклянную витрину и мой шаблон треснул.

Ибо возле витрины стоял и грозно трескал чебурек, самый настоящий космодесантник! Хотел громко закричать, что я не еретик но через секунду понял, что будущее наступило еще не настолько далеко, и я ошибся. Скорее он напоминал ассасина. В заблуждение меня ввели его элементы брони. Но разгадать к кому принадлежит данный индивид, я не смог. Он стоял словно ледокол и люди почтительно огибали его на приличном расстоянии. Огромные наплечники с барельефами в виде лиц, черный до пола балахон, кресты на нагрудной броне, поножах и высоких тяжелых сапогах. Завершала картину окладистая борода и свитое в кольца кадило с шипами.

— Это батюшка из особого подразделения РПЦ- прошептал мне на ухо мой проводник

“Боевой поп! Он же прибьет, он же и отпоет!” протянул я мысленно, и продолжил слушать шепот возле своего уха.

— Они появились, когда первый синтетик убедил Папу Римского, что бога не существует. Церковь объявила искусственный разум ересью и создали вот их- кивок в сторону трапезничающего батюшки- говорят, они могут на равных сражаться с неоморфами! А ведь эти звери шагоход за пять минут разбирают на болты!

Я почувствовал, что отъезжаю. Мозг был в абсолютной прострации от услышанного. “Летающие тортики? Три раза ха! Тут потомки курят траву позабористее!”

— И часто они тут? — спросил я просто так, лишь бы не потеряться в прострации

— Да не особо. Раз здесь, то наверное неподалеку синта выследил и по шестеренкам раскидал- равнодушно пожало плечами дитя двадцать второго века.

Я словно кукла на веревочках прошелся по всем магазинам, что показывал мой проводник. Разум витал где-то там, вдалеке. Пресыщенный впечатлениями мозг просто отказался думать и я шагал на абсолютном автомате. Лишь на разделе нижнего белья мозг щелкнул рубильником и сообразил, что идти туда надо одному, без всяких мутных личностей, что упарываются по “особо эротичным вещам”.

Как то незаметно Димасик оказался с кучей сумок в руках. Я спросил у него, почему мол нельзя сразу все заказать было? На что был дан ответ в его духе — “Потому что статусные вещи выбираются лично! Иначе моветон!”.

У Анастасии не было практически ничего. Пара пижам и все. Ей ничего больше не нужно было. Я немного растряс Дениску на информацию по этому счету. Настя сильно отличалась от обычных слабоумных, которые ведут себя как трехлетние дети всю жизнь. Она была вот прям овощ, самый настоящий. Или полено. Дубовое такое, с сучками. Когда она родилась, ее мама не смогла отказаться от ребенка и создала для нее все условия, чтобы она выжила. С самого начала она надеялась на тот дамп, где обитал я. Но лишь к четырнадцати годам, врачи позволили провести перезапись из-за особенностей мозга. “Она тебя очень любит! Но не показывает это, дай ей время” уверенно говорил мой сумконосец в сторону Виктории Константиновны. Ему наверное легко об этом говорить. Это же не его собираются отдать замуж. Хотя не уверен, что это нечто будет сильно против. Брякнет что нибудь на тему нового сексуального опыта и уйдет вихляющей походкой в закат. Он кстати оказался племянником Виктории. Уши автоматически отфильтровали треп о дедушке со стороны матери, дядя которого приходится внуком собственного отца и одновременно отчимом своей же матери. Жесть как она есть.