Но сила этих духов одновременно является и их слабостью. Домовой не может надолго или далеко покидать родные хоромы. По мере удаления от очага, сила домового начинает угасать, вплоть до гибели. Как-то так.

Слушая рассказ этой дородной и наверное, даже привлекательной домовой, я не мог не заметить искры между ней и моим оболтусом Копилкой.

Странно, мне впервые было неловко начать разговор на щипетливую тему. Это из-за того, что несколько часов назад Пуговка вынула из моего котелка чертей? Не знаю. Может быть.

Знаю, это прозвучит как каламбур, но мне было неловко осознавать неловкость за то, что я хотел спросить у этих двоих. Может быть с изгнанием демонов в мою душу вернулась совесть?

От этих душевных терзаний из меня отвлек мерный шум двигателя. Но почему Ярослав не пришёл сюда пешком, а решил пробиваться через чащу на Патриоте?

— Кстати, что с тобой делала Яга? — вспомнил я, проборов крики ужаса моего друга.

— Не "Яга", а Морана Никитишна! — поправила меня Марфа, отстаивая честь хозяйки.

— Пусть так, — кивнул я, не желая ввязываться в полемику. — Так, что произошло? Ей удалось вылечить твоё мёртвое сердце?

— Починила-починила! Я сама его держала, чтобы не вырвался! — гордо ответила Марфа за моего друга.

Что получается, они только познакомились, а она уже им помыкает? Вот Копилка, вот подкаблучник!

— Ага, — с улыбкой ответил здоровяк и ударил кулаком в грудь. — Теперь оба сердце работают. Как часики!

— Было больно?

— Ни чуточки! — хорахорясь перед дамой, произнёс здоровяк.

— О! — оборвала нас домовая, указывая на свет автомобильных фар. — А вот и Морана Никитична пожаловала!

Машина без проблем перескочила через поваленное дерево, я остановился у костра, Ярик заглушил мотор. Парень, не поздоровавшись, поспешно выскочил и открыл дверь для своей леди. Златоглазка весёло хихикнула и попыталась выбраться из высокой машины, но её подвела координация, и великая Морана растянулась на сырой земле, принявшись смеяться.

Бляха медная! Если сначала я принял её падение за усталость, то теперь отчетливо видел её красные щёки и хмельной блеск в глазах.

— Что с ней? — обеспокоен произнесла Пуговка.

— Ярослав, ты что, её с корпоратива везёшь? — спросил я у брата.

— ЗИЛ, сейчас не время, — произнес он, протягивая своей даме сердца руку, чтобы помочь Златоглазки подняться.

Девушка скорчила рожицу и покачала пальчиком.

— Всё нормально, ЗИЛ, — ответил Ярослав, но я заметил как он скрежещет зубами, не зная что делать.

— Нормально? Да она синяя, как изолента! — усмехнулся я.

Яга всё слышала, поэтому, выглянув в распахнутые дверцы, скорчила мне рожицу и попыталась принять вертикальное положение.

— А что такого? — хмыкнула она, пытаясь отряхнуть платье, но только размазала ее по шёлку жирную грязь. — Имею право! Сегодня великий день!

— Сегодня пятница! Ты что — еврейка? — попытался пошутить я.

— Дур-рак ты, ЗИЛ, — промурлыкал Баюн и, не в пример своей хозяйке, ловко выскочил из салона машины. — Даже твои глупые шуточки не омрачат радость Мары.

— Да-да-да! — усаживаясь у костра произнесла захмелевшая Златоглазка. И щелкнув пальцами, посмотрела в сторону Ярослава. — Дорогой, принеси пожалуйста ларец!

Яр наклонился, поцеловал богиню смерти и, спустя минуту, появился у костра каменные шкатулкой. Златовласка Поставила её себе на колени, трепетно правила пальцами крышку и, не сдержав смешок. посмотрела на нас.

— Какие же вы молодцы, ребятки, — она прикусила губу и бесцеремонно схватив за ремень стоящего рядом с ней брата, притянула его к себе, а затем смачно, без стеснения поцеловала его в синие губы.

— Может останешься? — произнесла она почти шёпотом.

Тою мать, да она на полном серьёзе любит моего брата!

— Да я вроде никуда не собираюсь, — ответил Ярослав.

— Мар-ра, — промурлыкал Баюн. — Ты не должна вмешиваться в ход времени…

— Ну-да ну-да, — ответила Златоглазка и опустила глаза. Глубокий вдох и вот перед нами сидит не пьяненькая, полная любви девушка, а настоящая, мать его, богиня смерти!

— Златоглазка, — обратился я к девушке, стараясь уточнить некоторые моменты. — Что ты сделала с Копилкой? Нет, я понимаю, что ты, вроде как, вылечила его сердце. Но ведь что-то его остановило. Это не могла быть какая-то мелочь иначе, его организм просто растворил бы инородный элемент.