– Я Дана Брайс, – ответила девчонка невозмутимым голосом. И издевательски ухмыльнувшись, добавила, – Привет. Ты только не кричи, хорошо?

Кричать? А смысл? Номер звуконепроницаемый. Проклятье. Дернуло же мне зарезервировать именно такой. Побренчать на гитаре хотел, не мешая соседям.

– Как ты попала сюда?

– Это не сложно. Ты пьяный в дугу и то мимо не прошел.

Очень, смешно, вашу мать.

– Какого черта ты тут забыла, Дана Брайс?

– Тебя. Я хочу заняться с тобой сексом, - выпалила она так спокойно и уверенно, что я окосел от наглости. Меня сейчас изнасилуют что ли?

– А больше ничего не хочешь? И что это за дерьмо? – возмутился я уже увереннее, дернул рукой в браслете.

Намертво. Диван, похоже, впаяли в пол – не сдвинешь.

– Отстегни меня! Сей-Час-ЖЕ!!! – заорал я.

Она только головой помотала, отказывая. Я взбесился окончательно, - Ты хоть понимаешь, чего тебе будет стоить эта… шалость?

– Да. Целиком и полностью. Пожалуйста, выслушай, меня, Келлан, - в ее глазах было столько серьёзности, но голос слегка дрожал.

Она приковала меня наручниками, но все равно боялась. Значит, совесть всё-таки есть. Кажется, насиловать не будет, попытается склонить к обоюдному сексу.

Я уставился на нее. Хорошенькая. Интересный разрез глаз - миндалевидный, очень красивый. Кожа смуглая. Фигурка – вкусная. Вообще, она выглядела устрашающе нормальной. Только в глубине карих глаз горел огонек решимости и страха одновременно.

– Выкладывай, только быстро, - я поерзал, сжимая зубы.

Первичныйшок отпустил, отчего ожил мочевой пузырь. Определенно долгих разговоров я не переживу.

Она поставила передо мной стул и села, совершенно нагло закинув ногу на ногу. Не номер, а полицейский участок. Глядя на меня практически сверху вниз, эта бестия начала:

– Келлан, ты классный. Я тебя хочу. Это желание сильнее меня настолько, что стало навязчивой идеей. Результат ты видишь – я здесь. Хочу вылечиться от тебя, переспав с тобой. Уверена, что тогда пойму, что в тебе нет ничего особенного и забуду всё как страшный сон. Хочу предупредить, я настроена решительно.

– Да причем тут я вообще? Психиатр тебе в помощь, амазонка недоделанная, – чем дольше я слушал, тем больше верил в белую горячку. Всё, больше не пью.

– Я сдвинута на тебе. Конкретно. Наваждение какое-то. Даже влюбиться ни в кого не могу – твоя физиономия и всё остальное у меня постоянно перед глазами маячат. Я всех с тобой сравниваю. А тут есть шанс разрушить иллюзию: ну, может у тебя член маленький, или в постели ты деревянный. Любой недостаток может помочь, понимаешь?

– То есть то, что я тебя матерю тут уже минут двадцать тебе до фонаря? Я всё ещё идеальный чудо-зомби? – похоже, ей уже ничто не поможет.

– Да при чем тут «Зомби»? Я тебя хочу, а не романтическую падаль, которую ты сыграл. Тебе сложно что ли? Я нормальная, у меня и справки есть, и презервативы, и разовые контрацептивы, если резинки не любишь. Я и без них предохраняюсь, но так, наверно будет спокойней… У тебя что никогда не было девочки на ночь?

– Ты думаешь, что твоей большой любви нам хватит на двоих? Я не робот, чтобы у меня по команде вставал.

– Вот, видишь? Уже легче. Возможно мы обойдёмся твоей импотенцией, - с облегчением в голосе проговорила девчушка.

Она что, вообще несет? Я – деревянный импотент с маленьким членом? Зараза какая! Ну, я тебе покажу – дай выбраться. Сам не заметил, как идея о сексе с ней стала превращаться из бреда в нечто реальное, даже необходимое. Только вот я привык рулить в интимных делах. Завладеть инициативой, будучи прикованным к дивану, не представляется возможным. Нужно избавляться от стальной привязи, а то сижу тут, как собака на цепи.

– Что за привычка пинать лежачего? Расстегни наручники, - мягко потребовал я, вкладывая в голос максимум обаяния и убеждения.

Не хотелось её напугать…вернее – спугнуть. В моём теле зашевелился спящий монстр – мужское эго. Теперь пока я её не «разочарую» по всем пунктам, на которые она так надеялась, никуда эта малышка отсюда не выйдет. Я остановлю её даже с диваном на руке.

– Нет. Если я отстегну, то ты меня вышвырнешь.

– Слушай, как тебя? Дана Брайс, ты же понимаешь, что у меня есть естественные потребности. Возможно, если ты узнаешь, что я хожу в туалет, как все заурядные люди, тебя от меня воротить начнёт?

Она только громко хмыкнула и скрестила руки на груди. Вернее, скрестила руки на КРАСИВОЙ и РОСКОШНОЙ груди.

– Так я не понял: тебя от меня естественным путём должно вывернуть или ты намерена надо мной издеваться и унижать? Влюблённые женщины всегда так жестоки?

– Чего?

– Попить бы для начала.

– Нет у меня к тебе любви, успокойся. Чтобы полюбить нужно узнать человека.

– Так давай и узнаем! Выпьем, поговорим…

– Не напился ещё?

– Я про чай-сок-воду, дурында.