Я не сдержался и убрал с любимого лица шелковисто-шоколадный локон. Дана вздрогнула и резко села. Она терла пальцами глаза, размазывая и без того потекшую от слез тушь. А я сидел перед ней на корточках, не зная, что делать.

Дана взглянула на меня еще мутными от сна глазами. Но и в этом взгляде я прочел достаточно. Боль и унижение. Я не встретил ее перед церемонией. Во время шоу даже рукой не махнул. На вечеринке мне претила мысль, подойти к ней, не то что предложить напитки или пригласить потанцевать. Лишь когда она сама начала себя развлекать, я гневным звонком заявил о каких-то мифических правах, продолжая тянуть одеяло на себя, заставляя ее силой признать, что она моя. А потом еще ее приятель с этими гадскими намеками. Боже, кажется, только Гарфилд вел себя с ней, как джентльмен. Только Дрю сегодня обращался с ней, как с человеком, достойным внимания и уважения.

Я уткнулся носом в ее колени, не в силах больше выносить горечь, что пропитала мои любимые глаза.

– Прости меня, прости меня, прости меня, - шептал я снова и снова, обнимая ее ноги, - Девочка моя, пожалуйста, прости, прости, прости...

Я почувствовал, как ее пальчики начали осторожно перебирать мои волосы. Дана склонилась, целуя меня в макушку. Я крепче стиснул ее своими руками.

– Келлан, отпусти меня, - проговорила она тихо.

Я поднял глаза, замотал головой.

– Нет. Сегодня – нет. Никуда я тебя не отпущу, - твердил я, поднимаясь на диван, стискивая ее в объятьях, - Дана, я знаю. Я вел себя как свинья. Пожалуйста...

– Тшшш, - он приложила палец к моим губам, - Все нормально.

– Нет, не нормально, - вспылил я, хватая ее за плечи, встряхивая.

По щекам опять побежали дорожки слез.

– Не надо. Тише. Не надо плакать, солнышко.

Я собирал влагу губами, желая впитать вместе с ней всю боль. Дана тихо простонала. О, господи, даже после всего дерьма, эта маленькая ласка заставляет ее хотеть меня. Мои губы тут же откликнулись горячими поцелуями. Я покрывал ее лицо настойчивыми касаниями. Дана опять застонала, когда я подтянул ее себе на колени, нашел губы своими.

– Келлан, пожалуйста... – простонала она мне в рот.

– Сейчас, малыш, сейчас, - я потянулся к молнии на ее спине, чтобы расстегнуть платье.

– Нет! – она соскочила с моих колен, чуть не упав, - Я не могу... Я не хочу... Пожалуйста...

– Дана, - я протянул к ней руки, не находя слов.

Но она уж опустилась в кресло рядом, спрятав лицо в ладонях.

– Я тоже не хочу так. Но как по-другому, пока не знаю. Я скучал. Ты нужна мне - это я знаю точно, - я выпалил это, стараясь быть честным с ней и самим собой.

– По-другому не выйдет. Ты Келлан Соммерс, а я сталкерша, которая дро...

Я метнулся, снова зарывая ей рот поцелуем.

– Не смей это повторять! Не смей!

– Но это правда, Кел. У тебя есть все это, - она развела руками, - И я не вписываюсь. Мне стоит довольствоваться плакатиком.

– Господи, Дана, но откуда это все? Было же так здорово. Пожалуйста, давай забудем. Дай мне немного времени. Я должен подумать. Обещаю, я буду теперь думать.

– Не о чем тут думать, Кел. Все было здорово, когда мы просто трахались. Я уже не могу просто спать с тобой, Соммс, и не просто тоже не могу.

Дана оттолкнула меня, пошла к выходу.

– Нет.

Я догнал ее у двери, крепко обнимая, пытаясь остановить ласками и мольбами. Я прекратил это, поняв, что она впервые не отвечает мне. Ого, а это больно.

Дана подняла руку и легонько коснулась моей щеки.

– Спи спокойно, Кел. Больше никто не вломится в твой номер.

Она открыла дверь и ушла. Оказывается, я ни черта не знал о настоящей боли, пока за Даной не захлопнулась дверь.

Глава 7. Люблю

Говори, что знаешь, делай, что должен и будь чему быть...©

С.Ковалевская

Жизнь щедро умудряла его опытом, и на склоне лет он был уже довольно опытным неудачником.©

Я спустилась по лестнице, не желая ехать в лифте с мальчиком, который нажимает кнопки. Я вообще не хотела сейчас видеть людей. Пустое ночное фойе наполнилось звоном моих каблуков. Я вышла на воздух и замерла. Теплая ночь окутала меня так уютно. Я стояла, как вкопанная прямо перед дверью несколько минут, не понимая, как я вообще здесь оказалась. Как я позволила себе допустить мысль, что если войду в «Четыре сезона» через парадную дверь, все станет проще.

Нет. Я не могу быть здесь его гостем. Я вообще больше не могу здесь быть. Быть с ним… Не могу.

– Поймать вам такси, мисс? – бодрый голос швейцара вывел меня из ступора раздумий.

– Да, пожалуй, - вздохнула я, спускаясь вниз по ступенькам.

По дороге домой мои мысли кружили хороводом. Я ревновала к Сью, а в итоге именно она поддержала меня в машине. Я думала, что Ник будет прекрасным тылом для меня на вечеринке, а он так жестко оформил мне моральный апперкот под дых. И Кел… Почему он такой нелогичный? Почему он просто не отвез меня домой для очистки совести? Зачем он так искренне, душераздирающе повторял «прости»? Почему он не приковал меня к этому проклятому дивану, чтобы вытрахать всю дурь из моей головы? Как я могла просто уйти от него, положив конец нашим отношениям? Отношениям? То, что происходило между нами можно назвать приключением, занятным трахом, пикантным развлечением, но отношения… Отношения могли начаться сегодня. Но не получилось.