– И что вы хотите этим сказать?

– Что я обычный разбойник, мисс Бетти.

Она секунду посмотрела на него, а потом снова принялась за работу.

– Оно и видно.

Джон изумленно оглядел свою изящную фигуру:

– Правда, сударыня? А я льстил себе надеждой, что нет!

– Я шучу. И вы рассчитывали, что я поверю этой выдумке?

– Боюсь, что рассчитывал, – вздохнул он. – Увы, это правда!

– Ах, вот как! А еще вы – друг сэра Майлза О'Хары, мирового судьи, и мистера Эверарда?

– Ну, по крайней мере знакомством с последним гордиться нечего, – парировал он.

– Может, и так. Моя Ди говорит, что он – важная персона.

– Я вижу, ваша Ди – создание подозрительное. Отчего же она так решила?

– Увидите. Ди, милочка! Мистер Карр пытается убедить меня в том, что он – грабитель!

Подошедшая к ним Диана улыбнулась:

– Боюсь, он дразнит тебя, тетя. Вы помните вот это, сэр?

И с этими словами она вложила в руки Джека шпагу герцога Эндоверского.

Изумленный Карстерз взял ее и бросил небрежный взгляд на рукоять. То, что он увидел, заставило его вздрогнуть.

– Да ведь это его шпага! А я думал, она осталась лежать у дороги. Может ли… не вы ли ее взяли, мадемуазель?

Она присела в реверансе и рассмеялась:

– Вы удивлены, сударь? Вы же потребовали у него шпагу – естественно, я решила, что она вам нужна. Поэтому и взяла ее домой.

– Значит, вы необычайно внимательны. Я не смел надеяться на то, что ее не забыли. Я очень благодарен…

– Тогда извольте выражать вашу благодарность сидя! – посоветовала старшая мисс Боули. – Не забывайте, что вы впервые вышли из дома и поберегите себя!

Джек послушно сел, вертя шпагу в руках.

Диана обвиняюще указала пальчиком на золотую рукоять:

– Если я не ошибаюсь, милорд, корона – знак титулованной особы!

Милорд проследил за направлением розового пальчика и с негодованием заметил герб Эндоверов. Как это похоже на Трейси – кичливо украсить им рукоять, подумал он.

– Действительно, похоже, – признал он.

– А вот это не хрусталики, а настоящие бриллианты, и вот здесь – рубин.

– Не спорю, сударыня.

– И, полагаю, вот этот большой камень – изумруд.

– Боюсь, что да.

– Дорогая игрушка! – сказала она, пристально глядя на него.

– Согласен, чересчур пышная – но сталь великолепна, лучше не бывает, – невозмутимо ответил милорд, удерживая шпагу на пальце.

– Очень дорогая игрушка! – строго повторила Диана.

Джек вздохнул:

– Правда, сударыня, правда. – Потом, оживившись, добавил: – Но, может, мистер Эверард любит роскошь?

– Вполне возможно. И, полагаю, мистер Эверард должен быть не просто сельским джентльменом, чтобы удовлетворять свой вкус к роскоши.

Карстерз прикусил губу, пряча улыбку, вызванную попыткой представить Трейси в образе простого сельского джентльмена, и печально покачал головой.

– Вы хотите сказать, что он приобрел эту шпагу нечестным путем, сударыня?

На секунду на ее щеке снова показалась ямочка.

– Сэр, кажется, вы играете мною, – сказала она с достоинством.

– Сударыня, я сконфужен.

– Очень рада это слышать. Насколько я поняла, мистер Эверард не тот, за кого себя выдавал.

– О, да – несчастный мошенник! Разве можно обманывать даму?

– И я хочу узнать, права ли я. Может, он – знатный джентльмен?

– Смею вас уверить, сударыня, мистер Эверард – совсем не джентльмен.

Мисс Бетти рассмеялась.

– Перестань, милочка! Это ни к чему не приведет, и к тому же невежливо так давить на мистера Карра.

Диана надула губки:

– Он ужасно противный!

И она укоризненно посмотрела на Карстерза.

– Я в отчаянии! – отозвался Джек, но глаза его искрились смехом.

– А теперь вы смеетесь!

– Но, мадемуазель, вы – тоже!

Она покачала головой, решительно спрятав ямочку.

– Тогда я безутешен.

Карие глаза заблестели, и губы приоткрылись в улыбке, несмотря на все усилия.

– О, вы невозможны! – воскликнула она, вскакивая. – А вот и сэр Майлз.

О'Хара подошел к ним, поклонился дамам, а потом вопросительно посмотрел на всех присутствующих.