Ему немедленно была продемонстрирована табличка. Пожалуй, никому из присутствующих не показалось странным то, как задумчиво он посмотрел на неровные светлые буквы на темном фоне. И как с легкой грустью улыбнулся. Почему-то мне.

– Отличная получится память о трудных днях, Деллин. Будет здорово, если вы ее сохраните.

В школе, конечно, было прохладно. Но не настолько, как вдруг на секунду показалось мне.

– Р-р-развлеклись и хватит, - сказал магистр, когда табличка была отдана Кросту (надо заметить, весьма скептически настроенному), а все мы вернулись в аудиторию.
– Магистр-р-р Кр-р-рост велел мне дать вам особенное занятие. Поскольку вы р-р-разбиты на гр-р-руппы не по кур-р-рсам, а по… гм… магическому потенциалу, задание будет общее на всех. Мы создаем ар-р-ртефакты защиты. Что это такое, вы уже знаете, поэтому даю вам двадцать минут, чтобы опр-р-ределиться с будущим изделием.

Я подняла руку.

– Адептка Штор-р-рм?

– Можно мы с Аннабет, Катариной и Габриэлом будем работать вместе? Мне не помешает помощь. Я спрашивала, директор не против.

– Не возр-р-ражаю. Адепт Сайзер-р-рон, адептка Фейн – пр-р-рошу, пр-р-рисоединяйтесь к адептке Штор-р-рм…

– Боги, ну почему он не может выбирать слова так, чтобы в них не встречалась «р»?! – раздался звонкий шепот Лорелей.

Легонький разряд тока пошел ей на пользу. Все дружно заржали, когда у нее дыбом встали волосы, но Лорелей не сдавалась. Упрямо вздернула нос и отсела как можно дальше от основной массы адептов. Сейчас она не общалась даже с огневиками. Большая часть ее компании осталась в Штормхолде и вряд ли выжила, да и сама Лорелей чудом избежала смерти. Отчасти мне было ее даже жаль. Но ровно до того момента, пока она не открывала рот.

Аннабет, Катарина и Габриэл сели рядом, а я вывалила на стол все украшения, которые присылал Акорион. Гребни, закладки, кольца и серьги – все, где камнем служила чистая темная магия. Эта мысль пришла мне в голову давно, смутно проявилась еще в Школе Темных, а окончательно оформилась, когда я увидела корону.

– Нужно вытащить из всех украшений опалы. Это первородная темная магия, куда более сильная и чистая, чем та, из которой делают крупицы, – пояснила я. – Затем мы расплавим ее драконьим пламенем, возьмем меч или кинжал и сделаем покрытие, к которому уязвим Акорион.

– И его можно будет убить?
– спросила Аннабет.

– Нет. Убить его может только оружие из чистой темной магии, но у нас пока что нет возможности создать такое. Источники магии, пригодные для создания оружия или украшений давно иссякли. Однако когда мы доберемся до дворца и коллекции Таары, я решу это проблему. Но даже меч, который сможет ранить темного бога – огромный успех. Я не смогу его сделать одна, мне понадобится помощь. Кейман разрешил взять вас.

Строго говоря, речь шла об Аннабет, Бастиане и Катарине, Габриэл оказался в деле случайно. Но мне подумалось, это его слегка отвлечет. Даже меня выковыривание камней из украшений захватило полностью. Я с мстительным удовольствием портила все подарки Акориона, острым заколдованным ножичком доставая камни и бросая их в большую миску.

– Не жалко?
– спросила Катарина.
– Очень изящные и красивые вещи. В королевской сокровищнице таких нет.

– Во-первых, у них не очень веселое прошлое, - сказала я. – А во-вторых есть еще целая куча таких же.

– Подаришь парочку в музей?

– Все, что останется – твое.

У меня уже есть собственная коллекция. Крошечная, зато каждая вещь в ней хранит приятные воспоминания.

Меня так заняли размышления, у кого бы выпросить бутылочку вина, что я пропустила момент, в который коридоры школы превратились в полосу препятствий со смертельными ловушками. Мимо со свистом пролетел огненный шар, и только нечеловеческая реакция спасла прическу. Завизжав, мы с девчонками бросились врассыпную, а шедшие за нами однокурсники попрятались за ближайшими открытыми дверьми.

– Промазал, Гретхен! – услышала я голос Бастиана и осторожно высунула нос из-за тумбочки, за которой пряталась.

В нее тут же ударила огненная струя, и я отползла за угол, по дороге потеряв туфлю.

– Айсон! Что за херня? Сражайся как мужик! – это был голос одного из огневиков, я узнала его по характерному бавигорскому акценту.

– Ага, – услышала я недовольное бурчание, – попадешь в Шторм, тебя ди Файр вместо нее трахнет.

– Размечтался, - тут же раздался голос Бастиана, - ты совсем не симпатичный! В атаку, я сказал! Перед тобой двадцать беззащитных жертв, ты хочешь зачет или нет?!

– Да что происходит?! – не выдержала Аннабет. – У нас занятие! Нельзя же так, мы даже не переоделись!

– А ты, Фейн, думала, что тебя Акорион тоже предупреждать будет за две недели, как налоговая?! Даст туфельки переобуть и подождет, пока подружка вытрет сопельки?!

– Бастиан! – возмутилась я.
– Что за карательная педагогика?

– Магистр ди Файр на ближайший час.

– С каких это пор ты магистр?!

– К сожалению, с сегодняшних. Кто-то же должен страдать вместе со мной.

В нас снова полетели огненные шары, и народ начал потихоньку отвечать. Матерясь, я скинула оставшуюся туфлю, пиджак, собрала волосы в тугой пучок и метнула в сторону огневиков пару молний.

Впрочем, они тоже хорошо умели прятаться.

Некоторое время ушло у нас на то, чтобы организоваться. Кому-то подпалили одежду, кого-то сбил с ног очередной фаербол, а уже знакомый мне дракон, сотканный из языков пламени, наделал немало шума в узком коридорчике и… сжег пару картин на стене. Знать бы, чья магия так развлекается!