– Я не пытался завоевать твое доверие!

Судя по лицам Шары и остальных, Эфира поняла, что Илья уже успел их обаять.

– Ладно, – сказала Эфира, отступая назад. – Все. Я больше не буду это слушать. Можете делать, что хотите, но работать с этим парнем я не стану.

Она вскинула руки и пошла к лестнице и прочь из укрытия.

К вечеру жара в пустыни чуть спала. Эфира уселась рядом с двумя песчаными скифами, привязанными к пальцу одной из статуй.

Она точно знала, что происходит внизу. Она видела, как легко Илья запустил свои ядовитые когти в Шару и остальных.

Шара, которая считала себя непобедимой, верила, что даже если Илья лгал им, то она все равно получит желаемое, не подвергая остальных опасности.

Только Эфира знала, как она ошибалась.

Прошла пара минут, и из статуи появилась Шара. Одна.

– Ты его выпустишь, – сказала Эфира. Это не был вопрос.

– Мы будем держать его на коротком поводке, – ответила Шара, проходя мимо Эфиры к песчаному скифу, привязанному рядом с ней.

– Ты совершаешь огромную ошибку, – Эфира встала на ноги. – Он кажется очаровательным и сочувствующим, но в следующую же секунду за ним окажутся шесть наемников, а его нож упрется тебе в горло.

– Чудно, – вскинула брови Шара.

Эфира вытащила из-за пояса кинжал и направила кончик лезвия на горло Шары.

– Не игнорируй меня. Я уже раньше имела дело с этим парнем. Если ты от него не избавишься, мы все поплатимся.

Не думая ни секунды, Шара вскинула руку и вырвала кинжал из ладони Эфиры, а потом разрезала им привязь скифа.

– Я учла твое беспокойство, – сказала она. – Но позволь напомнить тебе, кто здесь главный, потому что ты, кажется, забыла. А также позволь напомнить, что я не стала самой молодой и самой успешной воровкой сокровищ в Пелагосе из-за глупых решений. Ты можешь или поверить, что я знаю, что делаю, или найти кого-то другого, кто найдет для тебя Чашу Элиазара.

Эфира сердито уставилась на нее, но Шара даже не моргнула.

– Ну, что?

Эфира кипела от недовольства. Но поджала губы.

– Отлично – живо ответила Шара. – А теперь помоги мне разбить лагерь.

Они оставили Илью в темнице, а сами разбили лагерь в первой комнате убежища. Лишь убедившись, что остальные заснули, Эфира зажгла лампу и, перебравшись через спящие тела, открыла дверь в потайную комнату.

Илья сидел за решеткой, обхватив рукой одно колено. При ее приближении он поднял голову.

– Что-то подсказывало мне, что рано или поздно ты придешь.

– У тебя нет никакого стыда, знаешь ли. – Эфира подошла ближе. – Я много лжецов повстречала в своей жизни, но ты просто нечто.

Он улыбнулся. Лампа Эфиры освещала его лицо лишь наполовину.

– Все, что я тебе когда-либо говорил, – правда. В какой-то мере. Но если хочешь, чтобы я был честен с твоей маленькой командой, может, мне начать с того факта, что ты легендарная убийца, известная как Бледная Рука?

Эфира замерла. В горле поднялась паника. Она ее сглотнула.

– У тебя нет доказательств.

Он пожал плечами.

Эфира тут же оказалась у прутьев.

– Скажи хоть слово, и я тебя убью. И ты и я знаем, что мне не нужен для этого нож.

Улыбка Ильи стала шире.

– Знаешь, ты же не сказала, зачем ищешь Чашу.

– Это не твое дело.

– Это как-то связано с твоей сестрой?

Вздрогнув, она взглянула на него.

– Просто догадка. Ты так отчаянно пыталась найти ее в нашу последнюю встречу, но она все же не с тобой, не так ли?

Эфира жалела, что вообще рассказала ему о Беру.

– Почему бы тебе кое-что не рассказать мне? – спросила она. – В Паллас Атосе ты постарался схватить меня вместе с Антоном. Что свидетелям нужно было от меня?

– Ты одаренная, – сказал Илья. – И могущественная.

– Дело в этом? – спросила Эфира. В голове она слышала тихое предупреждение Беру, когда они говорили в последний раз: «Грядет век тьмы, и… мы те, кто ее принесет».

– А зачем еще? – спросил Илья.

Эфира сощурилась. Знал ли и он о пророчестве? Как и всегда в разговоре с ним, она не могла отличить правду от лжи. Легче считать, что все это ложь. Но так она ни к чему не придет.

– Может, ты и убедил Шару, что тебе можно верить, но тебе никогда не удастся убедить меня, – сказала она. – Сделай одолжение, держись от нас подальше.

Уголок губ Ильи приподнялся в кривой улыбке.

– Это ты пришла ко мне.

Эфира развернулась на каблуках.

– Больше я такой ошибки не допущу, – бросила она через плечо, покидая комнату.