– Неужели ты не понимаешь, Том? Я же тебе говорила, что именно поэтому мой «Пропавший наследник» и вызывает у меня теперь такое отвращение!

– Я не забыл, но твой роман не может стать причиной побега леди Генри с этим денди из Англии. Если тебе взбрело в голову вмешиваться в их дела, позволь тебя заверить, что я не допущу этого! Ты не имеешь на это права! Тебя их отъезд совершенно не касается!

Неожиданно Феба успокоилась и решительно заявила:

– Том, если дела обстоят так, как я думаю, леди Генри увозит мальчика из Англии. Если я это допущу, то буду чувствовать за собой такую вину, что уже никогда не смогу смотреть людям в глаза. Ведь именно я подала ей эту идею. Пока леди Генри не прочитала «Пропавшего наследника», она даже не думала об этом. О, Ианта сама мне рассказала, какое впечатление на нее произвел конец романа! Но я не могла себе даже представить…

– Что она позаимствует твою идею из какого-то романа? Да нет, Феба, ты ошибаешься. Леди Генри не может быть так бестолкова!

– Как бы не так! Именно бестолковость и отличает эту женщину! Это ужасно, если они увезут Эдмунда во Францию. Сумеет ли Салфорд вернуть племянника или хотя бы найти его? Ты только подумай, к чему все это может привести! Новый скандал, новые неприятности, и во всем обвинят меня… Я не вынесу этого, Том. Ты должен разрешить мне подняться на борт. Может если мне удастся помешать им вывезти Эдмунда из Англии, обо мне перестанут думать и говорить так плохо. Том, я ужасно жалею, что написала эту книгу, но теперь уже ничего не исправить. Тебе не кажется, что если мне удастся помешать Фотерби и леди Генри, это будет чем-то вроде искупления?

На юношу произвели большое впечатление серьезность и пыл, с которыми Феба произнесла эту речь, но еще больше – выражение ее глаз, в которых появилось настоящее отчаяние. Он подумал несколько секунд и ответил:

– Ну… если ты считаешь своим долгом остановить их, пожалуй… Если разобраться, то парня увозят из страны без разрешения его опекуна, а это против закона. Так что мы можем даже вмешаться. Только я боюсь, что ты простудишься!

Но Феба не слышала его, поскольку уже поднималась по трапу. Когда она ступила на палубу шхуны, из двери, расположенной за трапом, который вел на ют, показался сэр Наджент Фотерби. Он сразу же заметил девушку, поднес к глазам монокль, и, посмотрев на гостью несколько секунд, вежливо поклонился:

– Мисс Марлоу, как поживаете? Черт побери, с вашей стороны очень мило заглянуть к нам! Надеюсь, ее светлость согласится со мной. Добро пожаловать на борт «Бетси Энн»! Славненький маленький кораблик, вы не находите? Я, знаете ли, снял эту шхуну, чтобы переправиться через пролив. Не мог же я посадить ее светлость на обычный пакетбот.

– Сэр Наджент, пожалуйста, проводите меня к леди Генри, – попросила Феба, не здороваясь и забыв о приличиях.

– С превеликим удовольствием, мадам. Но вы, надеюсь, не обидитесь, если я сообщу, что она уже не леди Генри?

– Понятно. Может, мне следует называть ее леди Фотерби?

– Нет, – с сожалением покачал головой сэр Наджент. – Не леди Фотерби, а леди Ианта Фотерби. Мне это не очень нравится, но ее светлость сообщила мне, что если к ней по-прежнему будут обращаться леди Ианта, она будет чувствовать себя на десять лет моложе. Это само по себе является приятным фактом, вам не кажется?

В этот момент их разговор был прерван мастером Рейном. Мальчик подошел к ним, широко расставил ноги и строго спросил, глядя на Фотерби:

– Когда мы поедем в цирк?

Мальчугану приходилась слишком высоко задирать голову, чтобы увидеть лицо сэра Наджента, но его взгляд был суров и тверд, и заметно смутил сэра Наджента.

– Ах… А… цирк! – растерянно пробормотал он. – Совершенно верно, мы собирались в цирк.

– Вы сказали, что мы поедем в цирк, – обвиняющим тоном произнес Эдмунд. – Вы пообещали, что если я буду послушен, мы поедем в цирк.

– Я пообещал отвезти тебя в цирк? – переспросил сэр Наджент, смущенно глядя на мальчика. – Я это сказал?

– Да, сказали, – подтвердил Эдмунд и горько добавил: – Чтобы заставить меня вести себя тихо.

– Все это просто, как дважды два. – К Фотерби вернулась привычная уверенность. – Ты должен понимать, что возникла дьявольски неловкая ситуация, мой дорогой мальчик.

– Выходит, вы обманули меня! – торжественно заявил Эдмунд. – Вы плохой человек, и я не хочу, чтобы вы были моим новым папой. Мой папа всегда говорил правду.

– Ну, будь благоразумным! – взмолился сэр Наджент Фотерби. – Ты должен понимать, Эдмунд, – обещание свозить тебя в цирк было единственным выходом. Вспомни, ты ведь заявил, что не хочешь ехать с нами и пригрозил устроить скандал. Ты мог натравить на нас всех слуг.

– Я хочу домой! – высокомерно заявил Эдмунд.

– Правда, мой дорогой? – вмешалась в разговор Феба. – Тогда я попрошу твою маму разрешить мне отвезти тебя домой. Ты меня помнишь? Ты мне еще рассказывал о своем пони.

Эдмунд внимательно посмотрел на мисс Марлоу. Очевидно, он вспомнил добрую тетю, которая с интересом слушала его рассказ о любимом пони. С лица мальчика исчезло строгое выражение, и он вежливо протянул руку.

– Вы та леди, которая знакома с Кейгли. Я позволю вам отвезти меня домой. Может, если вы расскажете мне о своем пони, меня не будет так укачивать, – добавил малыш.