Когда Ратмир открыл окно, то до всех донеслись женские крики вместе со скулежом щенков. Уш выругался и, подбежав к Эмминому окну, выглянул, стараясь что-нибудь ещё услышать или увидеть.

— Похоже, пиявки застали детей в стороне от поселения, — со злостью буркнул он.

Эмма побледнела, ярко представляя, как жадные сгустки набрасываются на жертв. Вдруг раздались ещё отчаянные крики, но уже с других сторон.

— Да что же это? — буркнул Уш, вновь свешиваясь из окна.

Эмма сжимала кулаки и с надеждой смотрела на островитян. Она ждала, что её успокоят и развеют страхи. Скажут, что ничего непоправимого не происходит. Сейчас кто-нибудь бросится на помощь и спасёт несчастных, но вопли продолжались, срываясь на скулёж, который стал прерывистым.

— Почему никто не помогает? — срывающимся от волнения голосом, тихо спросила у островитянина.

— Без магии пиявку не оторвать! — сжимая от бессилия кулаки, отрывисто бросил Уш.

— Тогда надо мне, — неуверенно произнесла Эмма.

— Вы умеете? — не по возрасту строго спросил охранник.

Она покачала головой и вопросительно произнесла:

— Наверное, это не сложно?

— Не сложно, умеючи, а если не знать как, то станете кормом и всех подвергнете риску. Вы представляете, на какой срок хватит этим пиявкам целого мага?

«Вот и аукнулось отсутствие необходимого образования», — корила себя Эмма.

— Ну, хотя бы сачком вытянуть пострадавшего и не отдать его другим пиявкам, — она всё же не желала сдаваться и быстро начала предлагать хоть какие-то варианты спасения, — протянуть палку и…

— Ладно, Уш, остаёшься с госпожой, — коротко бросил второй островитянин, сматывая верёвку в руке, и выпрыгнул в окно.

— Пиявки на первом этаже! — крикнул хозяин дома, — все поднимаемся на чердак! Центральная лестница им не помеха.

Послышался шум и топот ног постояльцев.

Уш вывел Эмму с детьми в коридор и помог хозяину поставить лестницу у открытого люка. Мгновенно поднялся наверх, откинул какие-то тюки и спрыгнул вниз.

— Госпожа, вы первая и поможете сыновьям. У лестницы не хватает последней ступеньки и им трудно будет залезть, особенно младшему.

Не став тратить время на споры, видя, что все ждут её, Эмма быстро вскарабкалась на чердак и встала на четвереньки, протягивая руку, чтобы подтянуть Жара в нужный момент.

Неожиданно стало светлее, сверху посыпалась какая-то пыль. Эмма оглянулась и успела заметить появившуюся большую дыру в крыше, а в следующий миг её кто-то обхватил крепкой рукой за пояс, а на шею набросили толстую цепочку. Амулет на цепочке она не разглядела, но он сверкнул, и этот ослепляющий свет выключил сознание.

— Мама!!! — рванул вверх Жар, заметивший чужой силуэт, что подхватил Эмму, но ему на голову просыпалась какая-то мука, тело оцепенело, и малыш упал в руки напрягшегося Уша.

Охранник хотел поставить его на пол, но вдохнул мучнистую пыль и всё, что смог сделать, это прижать к себе крепче малыша, и, падая, прикрыть своим телом.

Он видел, как ничего не понимая, слабеют другие оборотни, удивлённо тараща глаза, но никто не смог позвать на помощь или как-то избежать действия белоснежного порошка.

Все, кто был в доме, как раз собрались в коридоре и готовились подниматься на чердак — и каждого теперь накрыло лишающей воли слабостью. Пожалуй, один только Хлад смог рычать, пытаться шевелить рукой, но когда он понял, что ему не под силу двигаться, а по лестнице уже поднялась первая пиявка, то стал звать отца, но его голос звучал слишком тихо, чтобы кто-то услышал на улице.

Ратмир выдёргивал заигравшихся у опушки малышей буквально из-под жадных вёртких теней, что в просторечье звали пиявками. День выдался солнечный, и многие дети искали сухие полянки, чтобы покататься на травке в обличье зверя, половить первых бабочек. Малышня насторожилась, почуяв угрозу, но вокруг было так много света, что подкрадывающиеся в траве тени остались ими незамеченными.

Собрав всех щенков, Ратмир перебежками, а где и прыжками, возвращался в поселение, прислушиваясь к крикам, доносившимся с другой стороны.

Закинув малышню засевшим на крышах домов оборотням, он помчался туда, где требовалась его помощь, и увидел, что там пытается выудить ребят местный альфа с одним из островитян. Глава поселения не без доли сумасбродства отвлекал на себя основную массу пиявок, но некоторые из них уже успели присосаться к детям, и оборотень не мог их оторвать.

Тех крох магии, которыми обладал Ратмир, вполне хватало, чтобы ухватить маленьких бесплотных пожирателей энергии и откинуть их, как вдруг сердце полоснуло острой болью и чувством беды.