Михаил Дмитриевич вынул из кармана блокнот, вырвал листок, черкнул на нём несколько строчек и показал собеседнику. Тот удивленно присвистнул. Цифры были и впрямь неплохие. И должность — не просто «охранник», а «старший специалист».

— Сколько вам надо, чтобы подумать? Суток, надеюсь, хватит?

— Суток?.. Суток, я думаю, хватит.

— В таком случае, жду вашего звонка.

Смирнов поднялся, положил на столик тысячную купюру (этого, как уже прикинул Сергей, хватало, чтобы расплатиться за кофе и бутерброды) и, ничего больше не говоря, направился к выходу.

Капитан проводил его задумчивым взглядом. Надо ли докладывать о разговоре начальству — такой вопрос не стоял. Вопрос заключался в том, как докладывать…

— Значит, говоришь, сам предложил?

— Так точно, Тарас Степанович. Сам.

— Очень интересно.

Свиридяк оторвался от подоконника, задёрнул шторы и вернулся за стол.

— Знаешь что, капитан. По-хорошему, тебя следовало бы наказать… Догадываешься, за что?

— Да, товарищ полковник. За самодеятельность.

— Правильно мыслишь. Только не за самодеятельность, а за неразумно проявленную инициативу и сокрытие этого факта от руководства.

— Я не думал, что это так важно, — вздохнул Василевский.

— Зря не думал. Думать надо всегда, — назидательно проговорил Свиридяк. — Но, в принципе, это неважно. Важно то, что ты, капитан, даже не представляешь, как всё удачно сложилось. И эта твоя самодеятельность, и звонок от господина Смирнова, и предложение поработать в «Макстрое».

— Мой отпуск закончился? — вычленил капитан главное.

— Да. Закончился. Сегодня вечером жду от тебя проработанную легенду. Будем смотреть, что подправить. Документы прикрытия сделаем завтра. Потом позвонишь Смирнову и сообщишь, что согласен.

— Насчет легенды я понял, Тарас Степанович. Но я не понял, какие у меня будут задачи.

— Задачи?.. — полковник недоуменно уставился на подчиненного. — Ах, да, ты же не в курсе. Просто вчера в Шереметьево задержали контрабандиста. Пытался вывезти из России очень дорогую монету музейной ценности. На допросе он показал, что непосредственное отношение к этому делу имеет наш бывший коллега Смирнов Михаил Дмитриевич и что это не первый такой провоз ценностей за рубеж. Оперативную разработку поручили нашему отделу. Так что твоя сегодняшняя беседа с господином Смирновым оказалась для нас весьма и весьма кстати.

— Я буду должен выявить каналы поставок?

— Ты будешь должен наблюдать за Смирновым и выявлять его контакты и связи. Подробнее мы это обсудим вечером, когда подготовишь легенду.

— Я понял, товарищ полковник. Разрешите идти?

— Иди, — махнул рукой Свиридяк…

Среда. 14 ноября 2012 г.

— Ну что, как устроился?

Вошедший в дом Михаил кивнул приятелю и начал с интересом осматриваться.

— Двери закрой, застудишь, — недовольно бросил разбирающий коробки Синицын. — Тут тебе не Москва, центрального отопления нет.

— Виноват. Не подумал, — развёл руками Смирнов, после чего плотно прикрыл не только входную дверь, но и ту, что вела в предбанник.

Дача, которую они сняли для будущих экспериментов, представляла собой обычный бревенчатый дом, построенный, как уверял хозяин, ещё до войны, но со временем «приспособившийся» и к прогрессу, и к веяниям нового века.

Деревенская печь соседствовала со спрятавшимся в пристройке газовым котлом, колодец ничуть не мешал устроенной рядом скважине, дворовой люфт-клозет с успехом дополнял капризный электрический септик, а стоящая на столе керосиновая лампа мирно сосуществовала с закрепленной на стене коробкой «вайфая».

— Ты ничего не забыл? А то, может, ещё какие-нибудь трубки понадобятся?

— Не понадобятся, — беззлобно отмахнулся учёный. — И, кстати, мой заказ уже в институте.

— Да ну?! — удивился Смирнов. — Ты же говорил, не раньше 15-го.

— Я перезаложился, — пожал плечами профессор. — Если и растаможка пройдёт так же быстро, квадруполи я получу послезавтра.

— Машина понадобится?

— Обязательно.

— С сегодняшней проблем не было?

— Нет, всё нормально. Водитель хороший, ничего не побил, не растряс, с дорогой не промахнулся.

— Ну, тогда в пятницу его и пришлю.

— Ты его только сразу не присылай, сначала давай созвонимся.

— Договорились…

Помогать другу разбирать и раскладывать оборудование подполковник не стал. Он хорошо знал, насколько ревниво учёная братия относится к своим железякам-стекляшкам, поэтому любая неправильно или не туда положенная деталь запросто могла вызвать у них форменную истерику.

Минут пятнадцать Смирнов просто сидел на стуле, наблюдая за действиями приятеля, и лишь затем скромно поинтересовался: