Шрифт:
— Помогите мне мистер Хогарт, — неожиданно просит она. — Вы ведь не они.
— Не они?
— Это у них сплошь и рядом один сплошной служебный интерес. Они хотят вытащить из меня все, чтобы использовать это на благо своей науки.
— Вы думаете мои цели отличаются от их?
Он смотрит на его планшет.
— Если бы не отличались, вас бы не прислали сюда. Зачем им еще один солдафон на корабле? Им ведь достаточно вот этих.
Она кивает на выход.
— Когда я спрашивал у вас, как вам удается все это? Я имел ввиду не фотографии.
Алекс не понимает. Что еще она натворила?
— Вам удивительным образом удается расположить к себе людей всех рангов и мастей.
— Майор Борн поспорил бы с вами.
Она молчит про всех остальных, что ретировались из комнаты, оставив после себя пряные запахи одеколона.
— Почему вы вспомнили о нем?
Алекс жмет плечами, вновь прикасается к лицу и едва заметно морщится. Он еще раз вглядывается в нее.
— Он задавал мне те же вопросы, что и вы, но только держать себя в руках у него не получилось.
— Он ударил вас?
Его глаза пробегаются по ее лицу, рукам, всем открытым частям тела.
— Он был не сдержан, — дипломатично откликается Александра. — Я не заметила в том жесте и намека на симпатию.
Она поднимается. Ей пора. Ее обязанности ждут ее. На майора жаловаться ей нет смысла. Еще неизвестно, как все сложится. Да и что Хогарт сможет сделать ему?
— Зачем вы прикрываете его?
— Все может перемениться мистер Хогарт. Вы уедете…
Она не уверена, что он хоть как-то может взять и повлиять на происходящее, но все-таки произносит это.
— Я пойду?
Он не отвечает, но Алекс и не ждет этого. Она быстро выскальзывает из помещения и спешит по своим делам. Майора Борна она кстати так больше и не увидела.
Глава 9
— Держите!
Хогарт протягивает ей желтый конверт.
— Берите-берите. Это вам.
Пакет очень тяжелый и забит под завязку. На нем всего несколько печатей, ее фамилия и имя, пометка “лично в руки мисс Александре Дарресон”. Обратного адреса нет, что признаться заинтриговывает.
— Что это?
Алекс оглядывается по сторонам. Военный корабль — это не туристический лайнер и на нем не предусмотрены скамейки для отдыхающих. Что ее очень печалит. Временами у нее ломит поясницу и хочется посидеть, на полу тоже можно, но все-таки неудобно.
— Откройте и узнаете.
Она так и делает. Алекс не верит увиденному, словно в замедленной съемке перебирая всевозможные документы — паспорта, свидетельства, страховки и удостоверения.
— Вы очень везучий человек. Вам говорили это?
Алекс проводит пальцами по краю новеньких банкнот, рассматривает коробку смартфона, упаковку с сим-картой.
— Да. Вы и не раз.
Девушка поднимает глаза на Хогарта, автоматически закрывая края распечатанного пакета.
— У этого всего есть цена, не так ли?
— Откуда такие мысли? Все очень просто — ваши анализы чисты. Обществу незачем опасаться вас.
Алекс жмет плечами. Оттуда! Хогарт не крестная фея, что дарит подарки по доброте душевной, пусть она и просила его об этом. Ей бы радоваться, но она не верит этому везению. Все очень неожиданно и похоже на внеочередную проверку.
— Мистер Хогарт, я не помню в какой момент вы стали считать меня глупой?
Он мерит ее своим фирменным взглядом почти прозрачных глаз, никак не выдает своих эмоций и продолжает.
— Ваше интервью наделало много шума.
Алекс сдерживает улыбку, забыв обо всем.
У нее получилось! У нее получилось?
Чуть меньше трех недель прошло с того момента, как она виделась с журналистами, давала отпор Борну, выслушивала обвинения в собственной лживости и просила агента помочь ей.
— Теперь вас хотят видеть все.
Она начала отчаиваться, потому что начался второй круг ада — последовали новые проверки, у нее вновь стали брать анализы. Ее пальцы и руки болят от игл, а о пункции спинного мозга она вспоминает не иначе, как с содроганием. Слава Богу они не облучают ее рентгеном, иначе, она бы светилась подобной неоновой палочке в темноте! Алекс начала думать, что вся эта свобода — это все временно и люди решили дать ей возможность оценить и свыкнуться с новым пусть и ограниченным положением вещей.