— Я надеялась, что ты вернешься. Я ждала тебя все это время ведь ты обещал, что позаботишься обо мне. Я верила, что если ты не найдешь ее, то поймешь, что всё!..

По ее вискам текут слезы, она отворачивается и отмахивается от его руки. Джейк удивлен, но лучше сказать поражен услышанным. Он за своими мыслями и не заметил ничего такого, не увидел, что она влюбилась в него.

— Не зачем искать! Не зачем! Так может и вся жизнь пройти! Есть здесь и сейчас. Люди погибают. Она могла умереть, мы могли бы погибнуть, а ты бы остался один. Ты бы вернулся к нам.

— Я отвезу тебя на Манхэттен. Захари жив. Вы поможете друг другу. Я обеспечу вас всем необходимым, разумеется, только на первое время.

Она кивает, ее подбородок мелко дрожит.

— Нэт, всё будет хорошо. Соблюдай правила безопасности, возвращайся домой до заката, не забывай про оружие. Я сделаю лебедку и вещи будет поднимать куда проще!

— Так уже было и вот чем всё закончилось. Ты ничего не понял и, наверное, не должен понимать. Кто я и кто ты. Кто я и кто она? Она святая Алекс, а я девка, что нагуляла ребенка от неизвестно кого!..

Она еще кричит ему вслед, но не долго, он слышит рыдания, но все-таки уходит прочь.

— Я могу позаботиться о ней.

Раф садится напротив него. Они уже второй день в Атланте. Кросби говорит, что женщине нужен покой. Неделю, как минимум. У них нет столько времени. Он нашел машину. Карета скорой помощи теперь уже не подойдет для поездки на дальние расстояния, только не при таких условиях. Им нужно было что-то помощнее, что не вязло бы в снегу и с легкостью преодолевало препятствия.

— У тебя пунктик или миссия какая? — Джейк убирает конверты в карман, поднимая взгляд на Хеллингера. — Т***** тех женщин что рядом со мной?

Раф жмет плечами. Ему не понятны его уколы и самоистязание. Ему хочется ощущения предательства и боли? Что до Рафа он просто предложил ему помощь.

— Не пойму тебя, Морган. За что ты беспокоишься больше за ее жизнь или…

Он проглатывает дрянное слово, что просится на язык.

— …за что-то другое?

Натали не виновата в образовавшемся многоугольнике и в том, что все так не просто. Она даже не виновата в том, что влюблена в этого вампира.

«Чертово обаяние» действует и на нее.

— Это самоубийство, — говорит Кросби, взглянув наверх многоэтажки. — Рисковать каждый Божий день спасаясь от монстров, а потом лезть на самую верхотуру и стараться не расшибиться в лепешку…

Он качает головой. Кажется, что он верил всем прошлым рассказам Рафаэля. Реальность всегда хуже рассказов. Нельзя передать и вспомнить все — ни запахов, ни звуков, ни растяжек из простыней с призывом помочь и пустынные квартиры при этом.

Он прав. Так и было. У Алекс это ловко получалось, но, наверное, в этом есть определенный смысл — тот, кто справится, получит главный приз.

Жизнь.

Рафу, кажется, что это лишнее в условиях творящегося пи*****. Он уверен, что вполне реально было придумать что-то другое. Монстры сильны, прыгучи и изворотливы, но есть то, что и им не по зубам — сталь, каменная и кирпичная кладка.

— Будет чудом, если ты разобьешься насмерть и тебя не станут есть заживо.

— У тебя черное чувство юмора, Хеллингер. Я говорил тебе об этом?

Они провожают взглядом люльку с сидящей в ней женщиной. В ее руках огромная корзина с лежащим в ней ребенком.

— Знаешь я удивлен, что они не стали настаивать на том, чтобы расправиться с этим двумя. Они слишком много знают, даже с учетом творящегося здесь бардака.

Раф кивает. Его это тоже беспокоит. В голову лезут всякие-разные мысли, но подозревать вампиров в каких-то интригах и заговорах глупо — они прибыли на материк, как раз за этим. Они должны разобраться, а если они думают сделать это за спиной Джейка, то он ведь узнает, когда вернется обратно.

— Может мы не в курсе чего-то? Джейк мог договориться с Эзио. Может тот посчитал, что не ему решать такие вещи? Так или иначе, тому придется отвечать перед советом. Они зададут ему те же вопросы что и мне.

— Как знать, — откликается Стэн с задумчивостью. — Насчет Алекс…

Это вызывает досаду и грусть. Он вернет ее обратно, а Алекс пойдет и останется в творящемся хаосе из-за своих чувств к вампиру, как порывалась сделать, вернуться, в самом начале их путешествия. Он не понимает этого, даже если предположить, что тот возьмет и обратит ее.