— Отсюда одна дорога, — твердо промолвил принц. — Значит, мы можем вызвать Лили уже здесь.

— Уверен? — переспросила Белла, кажется, даже не сомневавшаяся в ответе Мартена.

— Да, — кивнул он. — Отступать некуда. Ты отойдешь?

Девушка хотела было предложить свою помощь, но Мартен казался настолько уверенным в себе, что мешать ему она не решилась.

Принц закрыл глаза и запрокинул голову назад, раскинул руки в стороны, и вокруг его ладоней засверкали синие колдовские искры. С каждой секундой их становилось все больше и больше, пока Мартен вдруг не хлопнул в ладоши.

Искры рассыпались в стороны, а потом вновь притянулись к общему центру, формируя силуэт стройной женщины. Белла попятилась, будто боясь, что заклинание зацепит ее, и там не то что про иллюзию, а про собственное существование придется забыть, и как раз вовремя — сотканный из чар силуэт засветился изнутри.

Девушка зажмурилась, даже закрыла глаза ладонью, а потом услышала громкий, странный хлопок — и тихий свист.

— Пригнись! — крикнул Мартен, и она, повинуясь его голосу, рухнула на пол.

Как раз вовремя. Над головой синим полыхнуло некромантское заклинание, и Белла едва успела отпрыгнуть в сторону, прежде чем в нее полетел следующий пульсар.

— Лили, остановись! — крикнул принц, и в его голосе вновь зазвенели те самые опасные гипнотические нотки.

Белла вскочила на ноги и воззрилась на женщину, телепортированную принцем.

Она и вправду была как две капли воды похожа на леди Ильзу. Хрупкая, светловолосая, с нежными чертами лица…

И пульсаром, которым можно сшибить с ног несколько людей, причем не бездарных, а очень даже могущественных с неплохими такими колдовскими щитами.

— Лилиан, — заговорил Мартен, и его настоящий голос все-таки пробился сквозь иллюзию, — у нас нет времени, а объяснять придется долго. Я — принц Мартен. Под иллюзией. Это Мирабелла, ты ведь ее помнишь? А вот там, наверху, Ирвин, — он ткнул пальцем в сторону лестницы. — Под приворотом, который на него наложила местная студентка. Лили, она сделала это случайно! Но если Ирвин тебя увидит, приворот падет. И… в общем, пока он не наделал глупостей…

Женщина сжала руку в кулак, и пульсар на ее ладони погас, разлетевшись тысячами искр в стороны.

— Какие еще интересные новости меня ждут? — звенящим от напряжения голосом поинтересовалась она. — Что-нибудь, о чем я пока что не догадываюсь?

— Больше ничего, — уверенно покачал головой Мартен. — Ну, там наш предок, и я не знаю, чем они там сейчас занимаемся, но, может, мы поспешим?

Просить Лили два раза не пришлось. В последний раз смерив взглядом Мартена — она явно не доверяла ему, — женщина уверенно направилась к ступенькам.

Принц оглянулся и подал Белле руку.

— Ты идешь? — спросил он с надеждой.

— Иду, — кивнула девушка.

Можно подумать, у нее был выбор.

Глава двадцать шестая

Первым, что услышал Мартен, поднявшись на крышу, был капризный голос Анаис.

— Любимый! — причитала она. — Любимый, я совершенно не понимаю, почему он за мною ходит. Но ты должен мне верить!

Акрен, стоявший возле самого бортика, кажется, совершенно не признавал в себе любимого и не понимал, кому он что должен. По крайней мере, судя по выражению лица, он вообще предпочел бы указать Анаис на выход.

Девушка к тому самому выходу стояла спиной, не сводя глаз с советника Шантьи. Должно быть, совершенно глупо улыбалась, как она это умела — Мартен ни с того ни с сего вспомнил, как Анаис пыталась с ним кокетничать на каком-то балу, где он присутствовал в качестве гостя.

— Но ведь ты ему не нужна! — несколько театрально воскликнул Ирвин. — Как ты этого не понимаешь? Он тебя не любит.

— Он меня звал! — топнула ногой Анаис.

— Послушайте этого молодого человека, — скривился Акрен, который, если учитывать его физический возраст, а не считать от даты рождения, был лет на пять моложе Ирвина. — Он абсолютно прав, я пришел сюда для того, чтобы разобраться со своими делами, а не терпеть капризы барышень, вздумавших поиграть в любовь.

— Но я…

— Я вам советую послушать господина Акрена и убраться отсюда поскорее, — раздался ледяной голос Лилиан. — Если вы все еще надеетесь покинуть эту крышу, спускаясь по ступенькам, а не слетев с крыши. Боюсь, второй путь смертелен.

То, как стремительно оглянулся Ирвин, реагируя на голос жены, заставило Мартена усомниться в том, что в его помощи хоть кто-нибудь нуждался.

Взгляд у Сияющего был абсолютно адекватный, никакого любовного помутнения в нем не наблюдалось. Вот только, посмотрев на Лили, он побледнел и даже укусил себя за нижнюю губу — Сияющий заразился этой привычкой от жены, и рефлекторное движение выдавало его волнение.